– Но мне казалось, что ты договаривалась с T'peлом? – Глаза Меслы расширились от ужаса.
– Да, но это не значит, что я не найду кого-нибудь получше в другом Вейре. Зеленые это любят, сама знаешь.
– Да, но попадем ли мы в другие Вейры? – покачала пальцем Сарра. – Через четыре-пять месяцев начнется Прохождение, и вот тогда нам придется поработать по-настояшему, доставляя огненный камень сражающимся драконам. – Глаза ее сверкали от предвкушения, она крепко обхватила руками свои плечи. – У нас найдется дело поинтереснее, чем просто спать с кем-то и делать детей.
Дебра отвернулась, не желая принимать участия в пустом разговоре.
«Тебя что-то тяготит, – сказала Морат'а и лениво положила голову на колени своей всадницы. – Я тебя люблю. Ты чудесная. Иантайн тебя тоже любит».
Пораженная этим откровением, Дебра застыла.
«Он? Неужели?»
«Да! – горячо ответила Морат'а. – Ему нравятся твои зеленые глаза, нравится, как ты ходишь, нравится забавная хрипотца в твоем голосе. Как это тебе удается?»
Дебра коснулась рукой горла и почувствовала себя по-настоящему глупой.
«Ты что, и с ним разговариваешь? Или просто подслушивaeшь его мысли?»
«Он так громко думает! Особенно когда рядом с тобой. Когда он далеко, я не очень хорошо его слышу. Он очень много и громко думает о тебе».
– Дебра? – Оклик Сарры прервал этот чрезвычайно интересный разговор.
– Что? Я разговаривала с Морат'ой Что ты сказала?
– Не бери в голову, – расплылась в улыбке Сарра. – Твое платье для Праздника Окончания Оборота еще не закончено?
– У меня есть одно, вполне подходящее к случаю ответила Дебра, хотя вопрос сбил ее с толку. Она пыталась спорить с Тишей, убеждая ее, что старого зеленого платья вполне хватит. Однако Тиша не стала ее слушать и сказала, что выбрала два цвета – для вечера и для дня. Наверное, в Вейре всем найдутся платья для Праздника Окончания Оборота, но Дебра про себя радовалась тому, что у нее будут целых два платья, которые до нее никто еще не носил. Она украдкой призналась самой себе, что надеется понравиться Иантайну в этих платьях. А теперь, выслушав Морат'у, она подумала, что он вообще не заметит, во что она будет одета.
– Если уж зашла речь о Вейрах… – сказала Месла.
– Это ж было сто лет назад, Месла, – ответила Анжи. – Ну?
– Осталось не так много, к тому же право первого выбора будет за самыми большими драконами, разве не так? – сказала она.
– Не беспокойся, – ответила Джули, – когда они нам понадобятся, некоторые из них будут уже свободны. – Она прикрыла рот ладонью, в ужасе от того, что ляпнула. – Я не это хотела сказать! Я, правда, не хотела. Я не думала, что…
– Ты уж лучше заткнись, Джул, – спокойно, но твердо сказала Сарра.
Повисло долгое молчание. Никто не осмеливался заговорить.
– Кто видел мазь? – тихо спросила Гразелла со свое кровати, нарушив почти невыносимое молчание. У меня опять пальцы чешутся. Я и не знала, что. ухаживая за драконами, можно заработать цыпки.
Анжи нашла мазь под своим меховым покрывалом и протянула ей.
– А потом мне, – тихо сказала Дебра, передавая мазь Гразелле.
Вечерняя болтовня так и не возобновилась.
– У меня было мало времени, – сказал Джемми Клиссеру своим самым ворчливым тоном, когда тот спросил, как продвигаются дела с последней исторической балладой. – Мне пришлось порыться в законах. Почему ты столько возился с этими проклятыми стражниками? Всех их надо было попросту вышвырнуть на острова и не устраивать этот судебный фарс.
– Суд – это тебе не фарс, Джемми, – с несвойственной ему укоризной сказал Клиссер, и молодой музыкант изумленно поднял взгляд. – Суд – это необходимость. Мы должны были показать, что мы действуем не так, как наша левая нога захочет.
– В отличие от Чокина, – хмыкнул Джемми, показывая свои неровные зубы в лисьем оскале.
– Это точно.
– Ты слишком много времени убиваешь на Чокина… – Джемми вернулся к чтению.
– Что ты ищешь?
– Сам не знаю. Я ищу хоть что-нибудь. Я знаю, что тут есть нечто такое, что поможет нам проверять положение Алой Звезды… что-то настолько простое, что мне Даже противно, что я не могу этого вспомнить. Ведь знаю, что где-то видел… – Он раздраженно отодвинул в сторону толстый том. – Если бы у переписчиков еще и почерк приличный был, это очень облегчило бы мне жизнь. Я слишком много времени угробил, разбираясь в чужих каракулях. – Он потянулся через стол к подоконнику и со стуком поставил перед собой странный аппарат. – Вот наш новый компьютер. – Он усмехнулся Клиссеру, который уставился на предмет – яркие бусины на десяти узких палочках, разделенные на две неравные части.
– Что это? – спросил Клиссер, обнаружив, что бусины можно передвигать по стержням вверх и вниз.
