Поначалу Тиена и не заметила их, потому как смотрела только на Эрис, но теперь удивлению ее не было предела. Крылья Лэйк были как у птиц: длинные, с крупными маховыми перьями, черными по краям, аккуратно свернутые за плечами. Тиена моргнула, пытаясь понять, что происходит, но до ее абсолютно пустого разума не доходило ничего. Только тревога Эрис в ее груди стала сильнее, сжавшись в холодного колючего ежа.
— Все вон! — приказала Ларта, не отрывая взгляда от Лэйк.
Та выпрямилась, неловко отложив связанными руками ломоть хлеба и глядя на царицу. Взгляд у нее был твердым и уверенным, темно-синие глаза ничего не выражали. Да и сидела она так, будто это Ларта ворвалась в ее дом, прервав ее трапезу, да еще и изгваздав грязными сапогами весь пол. Тиена не могла не поразиться: и откуда за три коротких месяца в девчонке появилось столько властности? Она готова была поклясться, что сейчас перед ними на полу сидит если не первая нагината, то уж точно первая крыла, никак не меньше. Взгляд Тиены метнулся к лицу Эрис, и та, нахмурившись, кивнула ей. Что же с вами случилось там, куда вы уходили? Что же произошло?
Мимо них в спешке пробегали Ремесленницы, стремясь оказаться как можно дальше от глаз Ларты. Царица дождалась, пока последняя из них покинет шатер, потом медленно и тяжело взглянула на Тиену.
— Тебе требуется особое приглашение?
— Я никуда не уйду, — спокойно ответила та. Бровь Ларты выгнулась дугой, но Тиена лишь молча смотрела в ответ.
Несколько секунд Ларта сверлила ее тяжелым взглядом, потом отвернулась, вновь уставившись на Лэйк.
— А где рыжая? — бросила она.
— Эней погибла, — хрипло ответила Эрис, и все внутри Тиены сжалось от ее боли.
Тиена ощутила усталость. Слишком много хороших сестер погибло в этой войне, слишком много молодых, тех, кому еще бы жить да жить. Тиена помнила эту девочку, до одури влюбленную в Эрис. Сильную, храбрую, с такой несгибаемой волей, с таким горячим сердцем. Прими Ее, Огненная! Уж кто-кто, а она достойна сидеть у Твоего трона. Тиена сжала ладонь Эрис в своей, и волна благодарности докатилась до нее через связь между ними.
— Туда ей и дорога, — проворчала Ларта, и Эрис вздрогнула всем телом. Тиена только развернулась, пытаясь закрыть ее корпусом от царицы и чувствуя лютую ненависть к Ларте.
Та, не обращая ни на кого внимания, подошла на два шага вперед и сложила руки за спиной, глядя только на Лэйк.
— Мне доложили, что ты ослушалась приказа возвращаться в Серый Зуб, самовольно увела своих сестер в сторону запретной территории Кренена и вошла в контакт с врагами — кортами. — Тиена ощутила сильнейшее удивление и тоже взглянула на Лэйк. Та спокойно сидела и слушала Ларту, и на лице ее не отражалось ни одной эмоции. Голос царицы же был хриплым и дрожал от ярости. — Спевшись с кортами и какими-то ведунами, ты проникла на священную территорию Кренена, где заменила свои крылья, данные Богиней, вот этим вот, — Ларта кивнула ей за плечи, — а потом заключила от имени анай договор о вечном мире с кортами, и в знак дружбы отдала им свой долор. Я ничего не упустила?
— Нет, — спокойно ответила Лэйк.
Тиена поняла, что потеряла дар речи, глядя на эту девчонку. Что она сделала?! Все это просто в голове не укладывалось. И тем более, никаким образом не ассоциировалось у Тиены с этой разведчицей. Она несколько раз видела Лэйк в бою, да и слышала о ней от разведчиц только хорошее. Похожая как две капли воды на свою мани царицу, Лэйк усердно училась, прекрасно сражалась, хорошо соображала, и была сама едва ли не олицетворением того, как должна жить и вести себя Каэрос. И тут такое…
В глубоком замешательстве она взглянула на Эрис, и та кивнула, серьезно и твердо, подтверждая все, сказанное Лартой. Причем вид у нее был такой, будто она одобряет каждое действие Лэйк. Тиена вдруг ощутила, как сердце заледенело в ледышку. Да за такое их всех ждет казнь, всех, и Эрис в том числе. И это уже будет не блажь Ларты, а закон, по которому анай живут две тысячи лет. И силу его никто не рискнет оспорить. Во что же ты ввязалась-то, крылышко? И главное: ради чего?!
— «Нет, царица», — железным голосом поправила Лэйк Ларта.
— После всего, что я здесь услышала, вряд ли ты имеешь право до сих пор называться царицей, — спокойно проговорила Лэйк.
Тиена непроизвольно взглянула на Ларту. Плечи той напряглись, на шее вздулась черная пульсирующая вена, а лицо было таким, словно она готова была сейчас же, голыми руками забить Лэйк. Только та не боялась, все также ровно сидя и бестрепетно встречая способный дробить камни взгляд царицы Ларты. Ладонь Эрис вновь сжала руку Тиены, и та поняла, что совсем уж ничего не понимает. То ли молодая дель Каэрос тоже рехнулась, бродя так далеко от дома, то ли она надеялась, что Ларта быстро убьет ее, и таким образом она избежит прилюдного позора и казни. Богиня, я уже ничего не понимаю! Все вокруг словно с ума посходили в эти дни!