Внутри разлилась горечь, но Лэйк подавила ее. Сейчас речь уже шла не о том, чтобы сохранить честь и достоинство, речь шла о выживании всего народа, судьба которого зависела от каждой из них, но от нее самой — в большей степени. И гора долга давила на плечи так, что грозилась сломать хребет. Только Лэйк терпела, потому что иного выхода не было. Кто-то должен был это сделать, и никого другого, кроме нее, не нашлось. Не о том я мечтала, когда была маленькой. Но у каждой мечты всегда есть обратная сторона.
— Тогда с этим все, — устало прикрыла она оставшийся глаз. — О чем ты хотела поговорить со мной, Найрин?
— Да это уже не настолько важно, — поморщилась нимфа. — Я просто размышляла о том, почему у тебя не исчез шрам после моего исцеления, и, кажется, поняла.
Лэйк с интересом взглянула на нее. Ее этот вопрос тоже интересовал. Найрин вновь понизила голос и быстро заговорила, поглядывая на стоящих у соседнего стола разведчиц.
— Помнишь, когда на подступах к Кренену дермаки захватили Саиру? Ты тогда перекинулась и сражалась с ними, и когда они набросили на тебя сеть, она не позволила тебе шевелиться. — Лэйк кивнула, и Найрин продолжила. — Я долго думала, почему так случилось, и теперь, после твоего поединка с Лартой, кажется, поняла. Все дело в железе, Лэйк. Та сеть была из чистого железа, как и долор Ларты. Это единственное, что их связывает, другого общего между ними просто нет. Судя по всему, сальвагов способно обездвижить и сильно ранить именно чистое железо. Потому и шрам до конца не исчез, как бы я ни старалась его вылечить. Так что будь осторожнее, ладно?
— Сейчас никто уже не делает оружие из железа, можно ведь использовать гораздо более надежные сплавы, — пожала плечами Лэйк. — К тому же, никто не знает, что я сальваг.
— Дермаки зачем-то принесли с собой ту железную сеть, не просто же так тащили, — серьезно проговорила Найрин. — Возможно, они знают о твоей крови. А это значит, что ты должна быть осторожна.
— Хорошо, Найрин, — сказала Лэйк, стараясь добавить в свой голос побольше тепла. — Я буду осторожна, обещаю тебе. Не волнуйся. И спасибо, что рассказала.
— Не за что, Лэйк, — лицо нимфы немного расслабилось, а взгляд просветлел. — Я тогда пойду. Дел очень много. — Она поднялась, чтобы уходить, а потом вновь обернулась. — Вот еще что, забыла тебе сказать. Торн шлет тебе свои поздравления и благодарность, но в сложившихся обстоятельствах выражать ее лично не стала. В конце концов, Ларта была ее ману.
— Я понимаю, — кивнула Лэйк. — Передай ей мои соболезнования.
— Вряд ли они ей нужны, — задумчиво проговорила Найрин. — Но все равно, спасибо тебе.
Эрис поздравить ее не пришла, но Лэйк и не слишком-то ждала ее, прекрасно понимая, что сейчас ей не до того. Как долго они с Тиеной шли к тому, что сейчас произошло, как долго жили лишь ожиданием возможности быть вместе, и не Лэйк было упрекать их в этом. Не говоря уже о том, что завтра утром они вновь разлучатся: ведь Эрис предстояло путешествие на юг, к Низинам и эльфам. Лэйк чувствовала себя отвратительно, разлучая их вновь, но и поделать с этим ничего не могла. Теперь она была царицей, а Эрис — разведчицей, обладающей великой мощью и способной сделать то, что другим было не под силу. А потому и терзаться из-за этого не стоило. Только вот гнетущее чувство все равно никуда не исчезло, прибавив к весу на плечах еще лишнюю тяжесть.
Потом были и другие просительницы, каждой из которых нужно было что-то прямо сейчас, немедленно, и оно было самым важным из всего, о чем просили остальные разведчицы. Большую часть Лэйк перенаправляла к Наставнице Мари, с остальными разбиралась сама, и буквально через полчаса ощутила, что совершенно точно сойдет с ума в ближайшее время. И в этот момент полог шатра откинулся, и внутрь просунулась голова Раин.
— Все сделано, царица, — громко объявила она. — Шатер готов, послы кортов вот-вот прибудут. Какие еще будут указания?
— Слава Роксане! — тихонько проговорила под нос Лэйк, а потом резко поднялась. — Собирай разведчиц и летим. И еще скажи, чтобы послали за Неф, она хотела увидеть царя Небо. — Повернувшись к очередной просительнице, которой была одна из седовласых ветеранов, Лэйк слегка поклонилась и проговорила: — Прошу простить меня, но сейчас очень много неотложных дел. Со своей просьбой ты можешь обратиться к Мани-Наставнице, она поможет тебе. А меня ждут переговоры.
— Как прикажешь, царица, — разведчица поклонилась в ответ гораздо ниже, чем следовало, и от нее запахло одобрением.
Лэйк осталось лишь изумляться, когда она выходила из шатра. Все эти женщины были старше Мари, а принимали ее так, словно она была едва ли не Великой Царицей. Возможно, все дело было в Последней Епитимье и огне на ее коже, возможно в том, кем была мани Лэйк, только думать об этом у нее сейчас времени не было. Потому она быстро заспешила вон из шатра следом за Раин.