Мужчина не просто так проговорил данные слова. Целитель желал таким образом направить друга на верный путь. Непринуждённо поведать ему о том, что иногда лучше отступить и не цепляться за того, кто не сможет быть с тобой, а пойти иным путём, найдя своё счастья.
— Заново… — задумался Ли Юнхэн, посмотрев в небо и словно увидев там что-то светлое, скрывающееся за тучами, — С шисюном я бы с радостью начал жизнь заново. — на лице Императора засияла улыбка, и как бы целитель не желал сохранить её подольше, но не мог этого сделать.
— А я нет. — честно признал алхимик, слегка огорчившись тому, что Император не понял его посыла, — Я слишком долго и упорно шёл к своему пути, потому не желаю начинать всё заново.
В пещере повисла тишина. Сян Лун понимал, что задел своими словами друга, явно ожидавшего иного ответа. Вдруг, Ли Юнхэн резко поднялся на ноги, без слов выйдя из пещеры прямо по холодный дождь.
— Юнхэн, ты что творишь? — забеспокоился из-за странного поведения мужчины целитель.
Император ничего не ответил, продолжив стоять под ливнем, спиной к мужчине. Сян Лун не понимал, что нужно делать, всё ещё находясь в пещере, как вдруг Ли Юнхэн неожиданно свалился с ног, камнем упав на землю.
— Юнхэн! — испугавшись за друга, целитель выбежал из пещеры, думая что с тем что-то случилось.
Добежав до мужчины, Сян Лун сел возле него на колени, сразу же прислонив руку к его груди, дабы проверить нет ли каких-либо повреждений. Всего три секунды и алхимик осознал, что Император полностью здоров, но несмотря на это что-то всё же было с ним не так. Вот только, Сян Лун не успел понять что именно, покуда его руку резко перехватили, быстрым и достаточно мягким движением увалив на землю, прижав своим телом.
— Поймал. — с довольной улыбкой бросил Ли Юнхэн, ведя себя как ребёнок.
— Что за…
— Шисюн, не злись, я просто хотел помочь тебе отчиститься. Сам бы ты точно не пошёл под дождь. — нехотя отодвигаясь от мужчины, Ли Юнхэн не прекращая смотрел на него, словно любуясь мокрым человеком под ним.
— Где твои императорские манеры? — уперевшись ладонью в грудь мужчины, целитель думал встать и уйти обратно в пещеру, но тот снова перехватил чужую руку, прижав её к своей холодной щеке.
— Я император для всех, кроме шисюна, — с нежностью и теплом произнёс Ли Юнхэн, щёки которого стали намного теплее после прикосновения к ним чужой ладони.
Всего секунду назад Сян Лун был крайне возмущён подростковым шалостям взрослого мужчины, но стоило ему увидеть его счастливое лицо, как сердце в миг забилось, а в горле словно застрял ком, перекрывший дыхание.
Что это за чувства и какими словами его можно было передать целитель не ведал. Многие проблемы решаются банальной начитанностью. Так считал алхимик, живя вечным обучением, но раз нарушив собственный запрет, прочитав не полезную книгу, а роман. В нём автор говорил:
Алхимики не должны влюбляться и испытывать чувства. Для них это тоже самое, что и для демонов злая энергия. Чувства заглушают разум, а для алхимика – он главный инструмент, без которого невозможно правильно использовать свою силу.
Ему нельзя испытывать такие чувства. Нельзя…
— Идём назад, — вырвав свою руку из чужой ладони, Сян Лун поднялся и пошёл в пещеру, сердцем чувствуя неладное.
Провожая уходящую фигуру взглядом, Ли Юнхэн сжал кулак в котором только что держал мягкую и тёплую ладонь. По телу мужчины прошла дрожь, словно уходящий человек являлся лучиком солнца, и чем дальше он уходил, тем холоднее становилось Императору, живущего в вечной тьме.
***
Как только дождь утих, а мужчины высушили свои одежды, они вновь отправились в путь, не поднимая недавний разговор, словно в миг забыв о нём. Дорога была спокойно и тихой, но Император не мог не заметить того, что целитель ведёт его вовсе не по короткому маршрут, потому пожелал спросить:
— Шисюн, скажи, есть ли причина почему мы обходим все большие города?
Ехавший на коне мужчина кинул взгляд на Ли Юнхэна, каждый раз смотрящего на него в упор, будь то утро, день или ночь. Казалось Императору больше не на что смотреть, кроме алхимика, закрывающей своей красотой всё вокруг.
Данный вопрос всплыл не просто так. Ли Юнхэн несколько раз пытался уговорить целителя войти в один или другой город, таким образом сократив маршрут или хорошо отдохнуть в гостевом доме. Вот только Сян Лун каждый раз отказывался от хорошего предложения, предпочитая ехать дольше и спасть в лесу.
На самом деле причина была и была очень весомая. Но, как целитель мог поведать о ней Императору? Он знал, что тот захочет помочь ему, но так же понимал – из-за своей помощи он будет рисковать потерять всё то, что сейчас имеет.
— Я не люблю шумные места. — кратко ответил Сян Лун, не соврав, но и не досказав.
— Причина лишь в этом? — уточнил Ли Юнхэн, чувствуя что-то неладное.