На пороге кухонной двери стояла тень. Он остолбенел, не успев испугаться. Первая мысль: старый негр вернулся проверить ловушку. Но как только Дэвид поднял фонарь, он увидел морщинистые белые руки с маникюром, торчащие из рукавов фланелевой рубашки.
– В лицо не свети, – прорычал человек.
Дэвид замер. Бежать, разумеется, было некуда.
– …Познакомиться с этим твоим таинственным источником, – сказала Синди, когда Дэвид вышел из туалета. – Как-то мне не верится, что анонимный «старый негр» просто взял и сказал тебе, где найти снафф-видео с Сарой Крестон в главной роли. Слишком складно. И кино это, разумеется, никто никогда не увидит, потому что на той же яхте его и уничтожили.
Дэвид направился к залу суда.
– Ты скажешь мне хотя бы, кто владелец яхты? Я могла бы перепроверить и, по крайней мере, подтвердить кое-что из того, в чем ты обвиняешь Тримбла.
– Не все такие, как ты.
– Я хотя бы имела мужество признать, что тогда выдумала свой источник информации.
– Только потому, что прежде это вычислил Энди.
– Не было никакого Гэри Гонзе, не так ли? И никакой пленки. И никакой яхты не было, ведь так, Дэвид?
Люди, болтавшиеся в коридоре, начали оборачиваться, чтобы посмотреть, что там за шум.
– У полиции есть
– Тогда почему прокурор не предъявляет его как вещественное доказательство?
– Поди спроси его, Синди.
– Потому что это была не Сара, так?
– Думай как хочешь.
Пока Синди подкарауливала Дэвида в коридоре, ее место в переполненном зале кто-то занял. Ей указали на дверь, как и всем, кто опоздал.
– Но я – репортер, – заныла она.
– Да хоть Анджелина Джоли, – отрезал пристав, толстощекий ирландец. – Подождите снаружи.
Прежде чем вернуться на место свидетеля, Дэвид перегнулся через перегородку и поцеловал Элизабет. Она украдкой сунула ему в руку что-то, на ощупь напоминавшее ложку с длинной ручкой. Только сев на свое место, он разжал кулак и увидел, что это. Тест на беременность. Положительный. Дэвид взглянул на Элизабет и улыбнулся, когда она сделала ему знак «о’кей».
С учетом опасных побочных эффектов ривертина это было в некотором роде чудо. Дэвид пришел в восторг от своей мужской силы. Именно это было ему сейчас очень нужно – капелька уверенности в себе.
Крохотную лужайку у дома на Примроуз-лейн не косили со времен президентства Джимми Картера. Пырей колыхался под холодным осенним ветром, петляющим по Мерриман-Вэлли, вдоль реки Крукед, что впадала в озеро Эри в тридцати милях к северу. Дэвид и Кэти, держась за руки, пересекли газон и остановились, глядя в занавешенные окна. Что там, внутри? Сегодня Кэти повязала вокруг головы тонкий шнурок, к которому за правым ухом прикрепила три голубых пера – ни дать ни взять дочь вождя племени чиппева.
– Что собираешься делать с домом? – спросила она.
– Без понятия, – сказал он. – Скажем, оборудую крутой отель-пансион. В порядочном отеле ведь должны быть привидения для привлечения туристов?
– Я думала, в Западный Акрон туристы особо не ездят.
– Ну что ж, может, буду сдавать студентам.
Он потянул ее за руку.
– Пошли. Давай посмотрим, что после него осталось.
На входной двери висел кодовый замок. Утром адвокат сообщил Дэвиду код – сделка на кругленькую сумму двести пятьдесят тысяч окончательно состоялась. Он набрал цифры и повернул ключ – старый, стальной, тяжелый, как тайна дома. Замок сработал, и дверь с протяжным вздохом открылась.
Дэвид попробовал включить свет, но выключатель не работал. Впрочем, был редкий для Акрона безоблачный полдень, и полуденный свет пробивался через занавески. Дэвид пошел в дом. Кэти последовала за ним, крепко держа его за руку. Входную дверь она оставила открытой.
Они заглянули в шкаф, где лежали коробки с перчатками. Дэвид достал блокнот и записал название компании, значившейся на коробках, – «Ностос инкорпорейтед, Дублин, Ирландия». Взял пару перчаток и примерил их. Подошли. Но в перчатках мертвеца ему тут же стало не по себе, и Дэвид сунул их в карман.
Он оглядел прихожую. На полу высохшая кровь Старика с Примроуз-лейн, длинные полосы тянутся в гостиную и оканчиваются там багровым пятном, цветом и формой похожим на печать из красного воска.
Комната осталась почти нетронутой, после того как в 2008 году люди коронера увезли тело; детективы из убойного отдела забрали дневники о Кэти вместе с другими вещами в 2009-м. Вдоль стен все так же неподвижно стояли стопки книжек в мягких обложках. Большей частью детективы – от Конан Дойла до Джеймса Паттерсона. Попадались и ужастики. Кое-какие самоучители – «Работа над словом для чайников», «Гитара для чайников», даже «Как выжить во время Апокалипсиса для чайников». На каминной полке, под темным пятном на стене, где предположительно когда-то висело зеркало, покоился том «Улисса», открытый на десятой главе.
– Выглядит как библиотека начальной школы в Роксборо, – сказала Кэти. – Как думаешь, он прочел все эти книги?
– Наверняка.
