Все сталось, как она пообещала. Утром, еще до рассвета, Хвост и Кувалда пошли по дороге через селение. У ворот царициного двора их уже ждали. Слуга держал под уздцы двух лошадей - тех же невысоких крепких коньков. На одного было навьючено четыре переметные сумы, пара перед седлом, и пара позади. На третьем коне сидела сама молодая царица.
- Здравствуй, Хвостворту! - сказала она, улыбнувшись - Долго же вас ждать пришлось!
- Здравствуй, госпожа! - ответил Хвост.
- Ты никак удивлен? - спросила девушка.
- Конечно! Мне Кувалда сказала, что ты мне поможешь в дорогу собраться, но я не надеялся, что сама выйдешь провожать.
- Ну, надеялся-не надеялся, - сказала Царица - но ведь хотел.
- Да. - признался Хвостворту.
- Так поехали!
Втроем они тронулись по дороге из села, вверх по склону, навстречу течению реки и восходящему солнцу. Хвост заметил, что Царица поводьев совсем не касается. Конь ее сам шел, куда было нужно наезднице. Красавица сидела, свесив обе ноги с одной стороны, и придерживаясь руками за переднюю луку седла. Кувалда в своей мужской одежде, и ехала по-мужски, как ей было привычно.
Всю дорогу Хвост сказал лишь несколько слов. Он глядел по сторонам, как бы любуясь напоследок красотами волшебной страны, на Царицу же и глаз почти не смел поднять. И сама молодая хозяйка, хоть и говорила в пути с Кувалдой, но тоже немного, и почти не смеялась, а если улыбка и показывалась на ее лице, то словно напряженная, будто не от веселья, а от желания как-то развеять грусть.
Уже далеко за полдень они закончили подъем и достигли гребня перевала. Позади, на закате, была видна вся долина, с ее полями, садами и рощами, ярко-зеленая с крапинами цветов множества оттенков. Впереди дорога вилась вниз. Она терялась под широким сплошным пологом соснового леса, простертого на всю низину и склоны гор вокруг, до самых белоснежных вершин. С востока веял холодный ветер.
Самое время было для обеда, но Хвост подумал, что сейчас ему кусок в горло не полезет, и Царица, видимо, поняла его мысли. О привале никто не обмолвился.
- Вот, и приехали. - сказала Царица. - Здесь пора прощаться.
Кувалда и Хвост спешились.
- Здесь в теплое оденься. - сказала Кормахэ - В сумках все найдешь. Дальше тоже царицыны владения, и ее власть там действует, но там уже не так тепло. Поедешь отсюда вниз, все по дороге и по дороге, до первого селения. Там о тебе уже знают, и примут на ночлег. На рассвете езжай дальше, будешь подниматься к следующему перевалу. Тот перевал будет высокий, много выше этого - самый стан Хребта. Поднимешься к вечеру, там и ночуй, до утра спускаться не думай - там уже чужая земля, и там по ночам гномы из-под земли выползают. Попадешься им в темноте - пропадешь. На нашей стороне перевала пережди ночь, и с утра спускайся вниз, да поскорее, но смотри ноги коня береги: выйдешь к реке, скачи вдоль нее, вниз по течению. Чем дальше до темноты успеешь ускакать, тем лучше.
- Постой, а конь-то... - удивился Хвостворту.
- Конь - мой подарок. - сказала молодая царица. Доброй дороги тебе.
Кувалда подошла к Хвосту, и взяла его костлявые плечи своими ручищами:
- Ну прощай, земляк! Нам до вечера надо вернуться, а то мне утром уходить с отрядом. Прости уж, что не до конца тебя провожаю...
- Да что ты,
Хвост с Кувалдой обнялись по-мужски, как обнимаются на прощание боевые товарищи.
- И ты, светлая госпожа! - сказал Хвост, земно поклонившись Царице - И перед тобой я в вечном долгу! Тебе мой поклон за все, и старшей госпоже передай мою благодарность! Жаль, что лично не могу ей поклониться в ноги!
- Она и так все знает. - ответила девушка, улыбнувшись, но взгляд ее был грустным - Ей другой благодарности не нужно, кроме как видеть людей в здравии и свободными от всякой нечисти. И мне... - она вдруг запнулась - Мне тоже...
Царица опустила глаза, и как прежде, не тронув уздечки, поворотила коня прочь. Но потом вдруг чуть обернулась на дубравца.
- Прощай. Доброго пути тебе!
- Прощай, светлая госпожа... - почти одними губами прошептал Хвостворту ей вслед.
