Услышав такой рассказ, Хвост сначала немного, так сказать, оторопел, но взял себя в руки, и решил спешить вслед за Пилой. Благо, Орлан успокоил его, пообещав позаботиться о жене и сыновьях. Помог ему Орлан (в какой раз уже!) и с дорогой — пополнил истраченные запасы и даже дал проводника. Хвост поспешил, что было силы, и почти (оказалось) нагнал Пилу в Волоке-Бываловом, что на границе Дубравской страны. Но тут он замешкался — проводник его дороги дальше не знал. Несколько дней Хвост проторчал в Волоке, в ожидании скорого попутчика по Каяло-Брежицка, но не дождался, плюнул, и поехал наугад. «Каяло-Брежицк не иголка в стоге сена! Как-нибудь доеду!» — думал он. И ведь доехал! Хотя и проплутал немало, но доехал. Даже сумел несколько проследить путь молниевой дружины, даже у чернореченских стражников, слуг боярина Выдры, справлялся у ворот городка. У той самой березовой рощи, где впервые Пила «бегал» за Клинком, он слышал пение белолесиц, даже свернул бы на них поглядеть, если бы так не торопился. Возле Перекрестка Хвост узнал о встрече брата и спутников с дружиной князя Смирнонрава. В конце концов он добрался до закатных ворот Каяло-Брежицка, назвал по имени Пилу и товарищей, и стража едва ли не под руки доставла его на Струг. Такая вот история.
— Пила!
— А…
— Вставай. Учиться пойдем.
Клинок наготове стоял над ложем Пилы.
— Слушай, Клинок… может, потом… вчера засиделись с братом допоздна… — пробормотал Пила в ответ.
— Ну вот и расшевелишься, раз вчера засиделся. Одевайся и выходи, я во дворе буду. Давай.
Как не хотелось еще поваляться, но от одной мысли, что Клинок, не дождавшись ученика, вернется за ним обратно в хоромину, сон у Пилы сразу пропадал. Он встал и начал одеваться.
— Куда это он тебя, а Пилка? — спросил со своей лавки Хвостворту. Спросонья он противно щурил один глаз.
— На двор. Он меня там учит оружейному бою.
— О-о-о! Ну учись, учись! Даст Небо — в великие воины выучишься! А я так посплю еще…
Но поворочавшись немного, Хвост поднялся, и натянув одни штаны, пошел вслед за братом.
На дворе происходило то же, что и каждое утро. Пила пытался уязвить Клинка топориком, а тот уклонялся по-прежнему — так же неторопливо, словно без малейшего усилия. И время от времени набивал Пиле очередную шишку своей дубинкой. Отроки, всегда стоявшие здесь на страже, уже привыкли к этому зрелищу и нисколько не интересовались занятиями приезжих.
А вот Хвост заинтересовался. Он поглядел, посмеиваясь, за бесплодными стараниями будущего великого воина. А когда Пила, выбившись из сил, бросил оружие и опустил руки на колени, то Хвостворту спустился с крыльца и подошел к брату.
— Смотрю, мало в тебе толку от учебы! — оскалясь, прошепелявил Хвост.
— Уйди, а! — выдохнул Пила пересохшим сипящим горлом. Не разгибаясь, он посмотрел на Хвоста исподлобья снизу вверх.
Хвостворту подобрал топорик, и повертел его в руке, подбросил и снова поймал.
— Дорогой подарочек! Только вот тебе обращаться с таким — еще учиться и учиться!
— Ой, брат, не стой над душой! — сказал Пила.
Клинок молча стоял посреди двора, держа дубинку в опущенных руках. Хвост, поигрывая топориком, повернулся в его сторону.
— Сразимся, боярин? — спросил он.
— Сразимся. — сказал Клинок — Насмерть, или понарошку?
— Брат, поосторожнее! — распрямившись, сказал Пила.
— Будь спокоен! — ответил Хвостворту, и крикнул Клинку:
— Давай как в учебном бою. Стеганки только достать бы…
— Достанем. — согласился Клинок.
— Слышь, Хвост! — сказал Пила — Полегче, я говорю! Клинок сильный боец!
Хвостворту глянул на брата с усмешкой.
— Сильный, говоришь? Где ты их видел-то, сильных, чтоб разбираться? Тютя ты, всегда был тютя! Сейчас увидишь, как МЕНЯ в горах выучили. Будешь моим свидетелем.
— А что надо делать?
— Ничего не надо делать, смотри и все!
Спросили у отроков-часовых, и те быстро вынесли два толстых войлочных подлатника и шапки, набитые конским волосом. Достали и дубинку для Хвоста. Оба орудия обмотали шерстью и ветошью.
— Что у вас тут? — спросил Рассветник, выйдя на крыльцо.
— Хвост Клинка вызвал на бой. — сказал Пила — Что делать теперь?
— Вызвал, значит пусть дерется, что тут сделаешь! Не на смерть, надеюсь?
— Сказали, на учебный…
— Ну, значит не убьет.
— Брат! Судьей будешь? — крикнул снизу Клинок.
— Буду. — сказал Рассветник и спустился на двор. — Готовы оба?
Противники стояли друг напротив друга, снаряженные для учебного боя. Хвост взял было в левую руку щит Пилы, но увидев, что у Клинка одна лишь дубинка, отложил щит прочь.
Из дверей хоромины вышел Коршун, потирая заспанное лицо. Отроки на княжеском крыльце лениво поглядывали на поединщиков. К ним присоединились еще двое бояр. Кое-где из окон показались заспанные лица служанок.
— Начали! — сказал Расветник.
Хвостворту бросился вперед, и ударил, сразу метя в голову, но Клинок мелькнул тенью в сторону, и дубинка просвистела в пустом воздухе. В тот же миг Хвоста так хватило чем-то по спине, что он рухнул плашмя, и подмел пол-двора бородой.
— Стоять! — услышал он голос Рассветника — Цел, парень?
