Анжелике едва исполнилось восемнадцать, когда ею заинтересовался Фридрих. Она ещё не успела познать мужчину. У неё был жених, но он к наречённой даже близко боялся подойти.
Слёзы подступили к горлу при мысли о том, как сама она изменилась за прошедшие четыре года. Покидая дворец, она тешила себя надеждой, что вернётся домой… Но, на самом деле, Анжелика знала, что семья уже не примет её. Сама она тоже не сможет смотреть родным в глаза. Не сможет жить тихой жизнью в провинциальном поместье после того, что видела при дворе.
– А кем была ваша мать? – сдавлено спросила она, в надежде сменить тему, но голос мужчины снова прозвучал тяжело, как будто он не желал отвечать.
– Свободной женщиной.
Из этих двух слов Анжелика поняла одно: замужем та женщина не была, а значит, немало натерпелась от того, что родила. Она не хотела слушать чужих горьких историй, потому качнула головой и снова попыталась повернуть разговор в безопасную сторону.
– Ваши волосы… Ваш отец, наверное, был моряком? Родом из южных стран?
– Нет, – лицо Мартина стало ещё мрачней, и Анжелика мысленно отругала себя за неуклюжесть. С тех пор, как оказалась в этом доме, она чувствовала себя такой разбитой… Но её временная слабость никак не оправдывала глупости и потери чувства такта. – В жилах моей матери течёт цыганская кровь.
– О! – Анжелика приподняла бровь. Это было любопытно. О жизни цыган она знала немного, но там, как будто бы, всё было иначе. Они странствовали между королевствами, нигде не оседая надолго. Теперь ей становилось понятно, почему Мартин назвал свою мать «свободной».
– А вы? – Мартин шагнул к ней. Анжелике на мгновение показалось, что тот собирается снова её обнять, но уже через секунду это впечатление исчезло. Мартин стоял меньше чем в полуметре от неё, болезненно недосягаемый и абсолютно неподвижный. – Ваши родители знают, что их дочь в одиночку путешествует по ночам?
Анжелика звонко рассмеялась. Звонко – и горько.
– Всё они знают, – сказала она. Огляделась по сторонам в поисках места, куда можно было бы присесть, но, так ничего и не обнаружив, опустилась на пол, спиной к очагу. Плотнее закуталась в покрывало и чуть прикрыла глаза, одновременно наслаждаясь тем, как касается спины тепло лепестков пламени, и радуясь тому, что не обязательно смотреть Мартину в глаза. – Я тоже свободная женщина, Мартин. Это всё, что вам стоит знать.
– Незамужняя?
Анжелика покачала головой.
– А тот мужчина… Тот, кто не умел доставить вам удовольствие… – Мартин произнёс это осторожно и тихо, как будто сам понимал силу сказанный слов… А Анжелика вздрогнула, услышав такое определение их отношений с королём. Вздрогнула и рассмеялась без всякого веселья.
– Тот мужчина мёртв.
Мартин мешкал с ответом, так что Анжелике пришлось поднять веки и посмотреть на него. Почувствовав на себе этот взгляд, Мартин вынужден был произнести вслух терзавшую его мысль:
– Надеюсь, он вас не заставлял? Поверьте, я ни в коем случае не хотел причинить вам боль…
– Он многое мне дал, – оборвала его рассуждения Анжелика. – Я благодарна ему за всё.
– Так благодарны, что сразу после его смерти бросились в постель к другому! – не сдержался Мартин, которому вдруг стало почему-то обидно от понимания того, что эта девушка так же легко забудет и его.
– Бросилась, – Анжелика посмотрела на него спокойно и зло. – Потому что захотела. А впрочем, нет. Потому что испугалась, что если не сделаю этого сама, то вы принудите меня! Опозорите, изуродуете!
Мартин приоткрыл рот для ответа, но только кашлянул.
– Да за кого вы меня принимаете? – выдавил, наконец, он. – Если бы вы не были так развратны, я бы к вам и пальцем не прикоснулся. Вы сами меня едва не заставили!
– Я? Развратна? – злость Анжелики с каждым словом становилась сильней, а самой ей от этого становилось всё веселей. Лёгким движением она заставила край плаща «случайно» сползти по руке и открыть взгляду мужчины бледное плечо. – Да вы так на меня таращитесь с первой минуты, что если бы я бросилась бы от вас по лесу, наверняка догнали бы меня, забыв про метель, и взяли прямо на снегу! Вы бы видели сейчас свой взгляд!
Взгляд у Мартина и в самом деле был красноречивый. Целых несколько секунд. Потом он резко отвернулся, подошёл к окну и замер, глядя на снегопад.
Анжелике стало неуютно. И даже стыдно, чего с ней не случалось практически никогда. Внезапно её одолело чувство, что этот мужчина хоть и выглядит грубым и неотёсанным, но в своей прямоте и решительности куда чище тех, с кем привыкла иметь дело бывшая королевская фаворитка. Анжелика аккуратно поправила плащ и закуталась в него по самое горло, однако уже через мгновение ощутила, насколько он мокр. Ситуация была тупиковая. Одеться – абсолютно не во что. Взгляды мужчины – вполне однозначны. Если ещё можно было не замечать их до того, как они занялись любовью, то теперь вряд ли получилось бы сделать вид, что они оба – просто двое незнакомцев.