– Извиняюсь! Не сразу вас узнал: москвич, внук ведьмы Арины, который вместе с нашей полицией пытается раскрыть дело об убийстве в красном уголке. Ровно час назад мне с вами познакомиться не удалось – как назло, замредактора уволокла меня с собой на заседание, сделать пару фото. Но вы пришли сами. Честное слово – очень приятно!
Он тут же развернулся и сделал приглашающий жест, решительно направившись к тому самому углу, из которого только что появился:
– Приглашаю вас в свою студию! Вы там с большим комфортом зададите мне свои вопросы, а я воспользуюсь случаем, чтобы похвалиться.
Что ж, похвалиться парню действительно было чем: студия оказалась небольшой, но прекрасно оборудованной всем необходимым. Плюс ко всему здесь были роскошные кресла в стиле ампир, столик в том же стиле и уголок своеобразной мини-кухни, где лично меня особенно порадовала кофеварка – точно такая же, как у бабы Арины.
– Могу предложить вам чашечку кофе с круассанами, – усаживая меня в кресло, произнес Петр, не дожидаясь моего ответа, заряжая кофеварку. – Что-то подсказывает мне, что вы пошли в бабку – ведьма Арина жить не могла без отменного кофе. Что скажете, я прав?
– Абсолютно прав, – кивнул я. – А пока вы занимаетесь кофе, позвольте задать два вопроса. Первый: насколько хорошо вы знали мою бабку, и второй – мне интересно, вы и к ней обращались «ведьма»?
В ответ Петр вновь беспечно расхохотался и, покончив с зарядкой кофеварки, уселся напротив меня, небрежно откинувшись на спинку.
– Все по порядку. Первое, я знал вашу бабку с самого детства, потому как мама привела меня к ней в возрасте шести лет, чтобы исцелить мое заикание. Вы не представляете, как я говорил! Никто ничего понять не мог, а я от волнения и вовсе умолкал. Спасибо Арине – она исцелила меня за неделю, притом я, убейте меня, не помню, что конкретно мы с ней делали. Просто однажды я проснулся и начал говорить как все. О, поверьте: с тех пор я – самый счастливый человек в Глухове!
Парень поднялся, достал из тумбочки пакет с круассанами и сунул пару штук в микроволновку.
– Ответ на ваш второй вопрос плавно вытекает из ответа на первый: да, я до последнего обращался к бабе Арине как «ведьма Арина». Повторюсь, мама привела меня к ней шестилетним малышом, предварительно объяснив, что мы идем к «ведьме Арине», которая научит меня говорить красиво – как все. Неудивительно, что, как только мы пришли и Арина приветливо сказала мне: «Ну, здравствуй, малыш!», я тут же ответил: «Ззз-дрррра-сссть, вввведдддьма Аррринннна!»
Он усмехнулся с оттенком ностальгии.
– Моя бедная мама тут же отчаянно покраснела и, от волнения тоже заикаясь, попыталась объясниться. А баба Арина весело расхохоталась, только рукой от всех оправданий отмахнувшись. Она присела рядом со мной на корточки и взяла за руки: «Ведьма так ведьма. Ты ведь в курсе, что ведьма – от слова ведать, то есть знать? Мы с тобой к концу этой недели будем болтать без проблем, правда?»
Петр подмигнул мне, расставляя чашки на столике.
– Вот так вот. И я до самой смерти Арины обращался к ней так: «Приветствую вас, ведьма Арина!» Она же каждый раз отвечала мне весело и задорно: «Приветствую тебя, малыш!»
Кофе был готов, на блюдечке лежали аппетитные горячие круассаны.
– Угощайтесь! – пригласил любезный хозяин, сам тут же подхватывая свою чашку и делая первый глоток.
Я с удовольствием откусил хрустящий круассан, запил крепким и сладким кофе, в очередной раз с удивлением разглядывая Петю Ночникова. Что ни говори, но теперь я был полностью согласен с характеристикой Ляли: красавец и умница. Небрежно-элегантные манеры, интеллигентная речь, юмор и обаяние – все в нем очаровывало, словно в определенный момент невзрачный очкарик вдруг набрасывал на вас невидимую волшебную сеть.
И все-таки я постарался взять себя в руки, напомнив о цели своего визита: проверка алиби. Допив кофе и поставив пустую чашку на стол, я улыбнулся Пете в ответ, надеюсь, также со своей долей обаяния.
– Извините, но у меня есть еще один немаловажный вопрос, конкретный и скучный: где вы находились двенадцатого января с 10:00…
Меня прервал его беспечный смех.
– Ради бога, не обижайтесь, что не дал вам договорить, – фотограф смотрел на меня с пониманием. – Я в курсе всех этапов следствия, хотя стопроцентного алиби у меня нет. На Рождественских чтениях в Доме культуры, в 10:30, я сделал несколько кадров и исчез, пришел вот сюда, чтобы доделать свадебные фотографии, которые обещал отдать заказчику. Свидетелей у меня нет и быть не может – во время работы я никого сюда не пускаю. А вот ровно в 12:00 мне был звонок…
Тут Петр лукаво улыбнулся.
– Звонили из полиции с просьбой немедленно явиться в родную редакцию в связи с убийством. Видите ли, – очередная улыбка все с той же ноткой лукавства, – я подрабатываю в отделе полиции в качестве фотографа, делаю снимки трупов и места происшествия. Бррр… – он передернул плечами. – Не слишком приятная работенка. Но деньги лишними не бывают.