Борисов не знал формул, но кровь у него была и он плюнул.
― Да пошел ты! — прохрипел он, пытаясь увидеть, попал или нет.
Попал. Вязкая кровь со слюной сползали по камню, который жадно их впитывал. Борисов хотел крикнуть про свою кровь и призыв защитника, но гигант уже шагнул к нему, сжимая рукой челюсть. Ощущение было таким, словно сожми он пальцы чуть сильнее и челюсть Борисова хрустнет, сломается.
― Кляп! — рявкнул гигант.
― Держи! — раздался насмешливый голос.
Хруст, как будто разбили яичную скорлупу, и изо рта гиганта высунулся заостренный кончик хвоста. Крики, шум, удары, возгласы, заклинания, гигант покачнулся и рухнул прямо на Борисова, навалился всем телом. Шея и тело Борисова (он висел под углом, лицом к земле) затрещали, казалось, еще немного и все сломается.
― Твою мать, — прорычал он, пытаясь спихнуть с себя тело гиганта.
Неожиданно резко стало легче, тело упало, но не из-за усилий Борисова. Его чуть приподняло, перед ним во всей своей красе стояла Палмер. По ее обнаженному телу стекала кровь, за спиной виднелась бойня. Тела с вырванными сердцами, свернутыми шеями, пробитыми животами.
― Ах, как чудесно, — томно вздохнула Палмер, облизывая пальцы.
Затем рука ее пробежалась по обнаженной груди, размазывая кровь по соскам, а хвост метнулся ко рту Борисова. Тот едва успел сомкнуть губы, но хвост все равно пытался пролезть, мазал лицо чужой кровью.
― Будь хорошим мальчиком, пососи немного, — оскалилась Палмер.
Она явно насмехалась и наслаждалась ситуацией, ведь, чтобы ответить, Борисову пришлось бы открыть рот.
― Ты вызывал Защитника и вот она я! Ну что, хочешь на свободу?
Борисов неохотно кивнул, понимая, что последует дальше.
― Тогда ты знаешь цену! — глаза Палмер словно вспыхнули багровым огнем.
В руках ее появился свиток контракта и перо, которое Палмер тут же без всякой жалости вонзила в Борисова, набирая крови.
― Подпиши и будешь свободен!
― Освободи, — прохрипел Борисов, благо хвост все же убрался прочь, начал вонзаться Палмер во влажно поблескивающую промежность.
― Ишь ты какой хитрец, — оскалилась Палмер. — Перо в зубы и подписывай, и тогда все твои желания исполнятся! Сможешь засунуть мне Лобзика в жопу и нажать курок, ведь об этом ты мечтаешь сейчас? Все твои мечты исполнятся!
То ли из-за усталости, то ли еще из-за чего, но голос ее оказывал гипнотизирующее воздействие. Голоса снова затуманилась, поплыла, желание обладать маячившим перед ним обнаженным телом было сильно, как никогда.
Неожиданно донеслось громкое мычание, затем выкрик Архина.
― Команданте — нет!
― Команданте — да, — передразнила его Палмер, подходя к гному.
Ягодицы перекатывались, гипнотизировали, пытаясь затуманить разум Борисова, вынырнувшего было из грез. Палмер неожиданно прыгнула вперед, впилась клыками в шею Архина, словно заправский вампир, затем выпрямилась, утирая рот.
― Сладка кровь демонолога! — захохотала она.
― Я… я….
― Твоя магия здесь не действует, малыш, и поэтому вся твоя отравленная кровь лишь сладкий лимонадик для меня, — заверила его Палмер, садясь на корточки. — Ну что, ты же хочешь пососать этот нектар жизни?
Но Архин снова потерял сознание, несмотря на попытки засунуть ему сиську в рот.
― Ладно, — нормальным, грубым голосом сказала Палмер, выпрямляясь. — Поиграли и хватит, время — души, как говорят у нас.
― Поверить не могу, что я принял тебя за человека, — выдавил из себя Борисов.
― Я и была человеком, — оскалилась Палмер, — но благодаря тебе, Проклятый… о, благодаря тебе и твоему семени, я возвысилась!
― Семени?
― Не пытайся заболтать мне зубы! — Палмер уже стояла рядом, тоже ухватила Борисова за челюсть, сжала, раскрывая ему рот. — Подписывай и потом у нас будет вечность, чтобы насладиться любовными играми!
Борисов заколебался, нет, он хотел на свободу, но выпускать демонов в Альбионе? Вот у врагов, где-нибудь на соседнем материке, это было бы другое дело. Он и сам планировал призвать Палмер, с помощью Архина, расспросить о возможности диверсии демонами, но как-то не вышло. Разведка закончилась, едва начавшись, и потом он очнулся уже в этой темнице.
― Ну?! — и Борисов ощутил, как голова его снова туманится.
― Нужно… добровольно…, - прорычал он, злостью отгоняя туман.
Выстрел наугад, но сработало. Лицо Палмер исказилось злостью, она наклонилась, словно собираясь забодать Борисова рядом коротких рожек.
― Ты думаешь, эти имперцы тебя пощадят?! Если бы не этот фарс с судом, тебя уже бы казнили! — заговорила она горячо, прильнула к Борисову всем телом.
Горячая волна обдала Фёдор Михайловича, смывая тревоги и вызывая возбуждение. Рука Палмер уже залезла в штаны Борисову, щекотала там коготками.
― Соглашайся и ты останешься королем! Откажись и ты умрешь мучительно!
Королем! Борисов призвал на помощь мысли об Альбионе, о своей команде, о том, что демоны сожрут всех, причем с его разрешения! Страшно не хотелось умирать, но не могла же Палмер бросить его здесь? Не могла же она отказаться от шанса открыть врата демонам?
С этой мыслью он укрепился духом, мотнул головой.
