Завтрак для чемпионов полностью

Водитель любил покушать. Он заехал в закусочную «Макдоналдс». Тогда было много разных заведений, торговавших рублеными бифштексами. Одни из них принадлежали компании «Макдоналдс». Другие – «Бургер-Шеф». Двейн Гувер, как уже говорилось, владел лицензиями нескольких таких «Бургер-Шефов».

Рубленые бифштексы приготовлялись из животного, которое выглядело так:

Животное убивали и перемалывали в фарш, потом делали из него котлетки, поджаривали их и закладывали между двумя кусками булки. Конечный продукт выглядел так:

А Траут, у которого денег почти не осталось, заказал чашку кофе. Он спросил старого-престарого деда, который сидел рядом с ним за столом, работал ли он в шахтах. Старик сказал так:

– С десяти и до шестидесяти двух.

– Рады, что избавились? – сказал Траут.

– Господи, – сказал старик, – да разве ж от них избавишься – даже во сне покоя нет. Я и во сне уголь рубаю.

Траут спросил его, как он смотрит на то, что работал в отрасли, которая ведет к полному уничтожению окружающей природы, и старик сказал, что работа в этой самой отрасли так его изматывала, что он ни о чем таком и не думал.

– Да ведь все одно, задумываться или не задумываться, – сказал старый шахтер, – если то, о чем думаешь, не твое.

Он напомнил, что все права на полезные ископаемые по всей округе принадлежали железорудной и каменноугольной компании Розуотера, которая приобрела эти права вскоре после Гражданской войны.

– По закону получается, – продолжал он, – что, если человек имеет собственность под землей и хочет до нее добраться, вы обязаны дать ему возможность смести к чертовой матери все, что находится над его собственностью.

Траут не увидел никакой связи между железорудной и каменноугольной компанией Розуотера и Элиотом Розуотером, своим единственным поклонником. Он по-прежнему думал, что Элиот Розуотер – подросток.

А дело было в том, что предки Розуотера были одними из главных виновников уничтожения земли и людей в Западной Виргинии.

– И все же как-то несправедливо получается, – сказал старый шахтер Трауту, – когда один человек владеет землей, на которой находится ферма или сад другого человека. И вздумай он достать то, что лежит в его земле, он в полном праве снести все, что стоит наверху, лишь бы до своего добраться. Живут люди на этой земле, а их права гроша ломаного не стоят по сравнению с правами того, кто владеет этой землей и всем тем, что в ней лежит.

Он стал припоминать вслух, как он вместе с другими шахтерами пытался заставить железорудную и каменноугольную компанию Розуотера обращаться с ними по-человечески. Они устраивали маленькие войны с частной полицией компании, с полицией штата, с Национальной гвардией.

– Я никогда в глаза не видел ни одного Розуотера, – сказал он. – Но Розуотер всегда брал верх. Я ходил по Розуотеру. Я копал норы в Розуотере для Розуотера. Я жил в домах Розуотера. Я ел харчи Розуотера. Я выходил на борьбу с Розуотером, кто бы он там ни был, и Розуотер всегда меня разбивал в пух и прах, живого места не оставалось. Спросите здесь любого, и он вам скажет: для них весь мир – это Розуотер.

Водитель грузовика знал, что Траут едет в Мидлэнд-Сити. Он не знал, что Траут – писатель и едет на фестиваль искусств. Траут понимал, что честному рабочему человеку нет дела до искусств.

– С чего бы это человеку в здравом уме и твердой памяти ехать в Мидлэнд-Сити? – поинтересовался водитель грузовика. Они уже ехали дальше.

– У меня сестра заболела, – сказал Траут.

– Мидлэнд-Сити – дыра в заднице у вселенной!

– Мне всегда хотелось узнать, где именно эта дыра.

– Если она не в Мидлэнд-Сити, то уж наверняка в Либертивилле, штат Джорджия, – сказал шофер. – Бывали в Либертивилле?

– Нет, – сказал Траут.

– Меня там арестовали за превышение скорости. У них там была устроена ловушка, где вдруг ни с того ни с сего надо было сбросить скорость с пятидесяти на пятнадцать миль в час. Я прямо взбесился. Перекинулся парой теплых слов с полисменом, вот они меня и упекли в кутузку. Там у них главная промышленность – превращать старые газеты, журналы и книжки в кашу и делать из этой каши новую бумагу, – сказал шофер. – Поездами и самосвалами туда целый день подвозили сотни тонн разной макулатуры.

– Угу, – сказал Траут.

– А при разгрузке халтурили, так что куски книг и журналов и все такое носилось по всему городу. Если вам вдруг захотелось бы собрать библиотеку, вы могли пойти на товарную станцию и унести оттуда сколько угодно книжек.

– Угу, – сказал Траут. Впереди показался белый мужчина с поднятой рукой, рядом с ним стояла беременная жена и девять ребятишек.

– Вылитый Гари Купер, а? – сказал шофер про «голосующего» мужчину.

– Да, похож, похож, – сказал Траут. Гари Ку-пер был кинозвездой первой величины.