Предоставив ей полную свободу в изучении внутреннего убранства ресторана, добровольный гид прислонился к стене и сосредоточился на изучении самой гостьи. Организовывая для Маргариты экскурсию в комплекс, Макс очень надеялся, что она испытает нечто похожее на те чувства, какие испытывал он сам, находясь здесь. «Старый замок» был его детищем – выношенным, выстраданным и осуществленным. Владелец и самый заботливый опекун – даже после триумфального открытия продолжая доводить и без того высокое качество оформления до совершенства – Максим гордился результатом своей работы и, сейчас, пристально всмотревшись в лицо прямолинейной экскурсантки, окончательно уверился, что его гордость небезосновательна. Он был неизмеримо благодарен Маргарите за ту неподдельную искренность, с которой она выражала свои ощущения. Только слепой не увидел бы, как выровнялась ее спина, расправились плечи, придав осанке оттенок величавости. Казалось – одень гостью в платье той поры – и вот она, хозяйка замка – воплощение достоинства, чести, мудрости, милосердия, нежности и любви.
Из фантазийной глубины веков его вырвал громкий окрик Маргариты: – Макс! Ты только посмотри…! Это же поистине королевский стол! Неужели это все – настоящее?
Спрятав в уголках губ довольную усмешку, он подошел к застывшей перед роскошно сервированным столом женщине: – А ты дотронься и проверь.
– Боюсь – вдруг исчезнет.
– Не исчезнет. Ну же, смелее! – В почтительном полупоклоне Макс отодвинул перед дамой резной стул.
Вторя аристократическому жесту мужчины, Маргарита манерно присела на краешек:
– Avec pleseur! Grand mersi!
– Какое вино предпочитает мадмуазель – красное или белое? – В терпеливом ожидании, когда гостья обретет способность выбирать, Макс развернул салфетку на коленях. В противовес изумленно изогнутым бровям Маргариты, его лицо лучилось безмятежностью.
Ждать ему пришлось довольно долго. Крутой излом сменился на прямую линию, а в прищуренных глазах вспыхнуло плохо скрытое подозрение: – Ты что, VIP-клиент?
– Скажем так: я здесь часто бываю.
– Настолько часто, что тебя обслуживают в нерабочие часы?
В позе женщины появилась готовность к быстрому старту, и Макс забеспокоился. Негативное отношение Маргариты к состоятельным людям прочно врезалось в память, и было бы слишком глупо и преждевременно раскрывать свою истинную связь с «Замком». Когда-нибудь потом он расскажет ей всю правду, а сегодня нужно просто закрепить знакомство. «Ложь во спасение? Пожалуй, единственно разумный выход».
– Знаешь, Марго, благодарность может принимать самые причудливые формы.
– Вот как? И за что, интересно, так благодарят?
– Я тут сделал кое-что. Вернее – очень многое. Выбирай вино, иначе мы рискуем обидеть повара, сведя на «нет» все его усилия.
Макс едва не вслух выдохнул: «Слава Богу!», когда после пары минут внутренней борьбы,
явственно отразившейся на лице женщины, она коротко произнесла: – Сухое, красное.
Сделав пару глотков под традиционный тост «За знакомство», они приступили к еде. Подцепив вилкой первый кусочек, Маргарита честно призналась: – Я никогда не видела такой красивой посуды. Это – эмаль?
– Ручной работы. По эскизам сервизов знати из «Музея старины».
– И здесь оформляют так каждый стол?
– В зависимости от заказа.
– Э-э-э…
– Марго, – поспешно прервал ее измышления Макс, – ты когда-нибудь пробовала наслаждаться процессом, не анализируя его?
Улыбнувшись, женщина пожала плечами: – Ты тоже считаешь, что я излишне придирчива?
– «Тоже»? Значит, кто-то об этом тебе уже говорил?
– Коллеги по работе.
– Приятно иметь союзников. Твоя работа связана с языками?
– Нет, что ты. Просто мне очень нравится звучание французской речи, вот я и взялась за ее самостоятельное изучение.
– Самостоятельное? Ого! И как успехи?
– Не знаю, на французах не пробовала!
Маргарита весело рассмеялась, а Макс напрягся, уловив знакомый внутренний толчок. В глубине души рождалось и крепло чувство, что это ему обязательно пригодится. Он периодически ловил себя на подобных ощущениях и интуитивно ухватывался за них, чтобы в подходящий момент воспользоваться непроизвольно полученной подсказкой. А с этой женщиной каждое слово несло свой особый смысл и имело огромное значение. – А хотела бы?
– Хотела бы – что? – не поняла Маргарита.
– Испытать знание языка на французах?
Искрящееся до этого весельем лицо собеседницы померкло, как небо в пасмурный день.
– Было бы здорово, но – увы, несбыточно.
– По-моему, ты опять придираешься: в нашей жизни нет ничего несбыточного.
– Исходя из собственного опыта, могу утверждать, что есть.
Марго снова улыбнулась, но вместо веселья в уголках глаз поселилась грусть, и Максим вдруг не нашел, что возразить. «Она явно что-то скрывает», – решил он про себя, не подозревая, насколько близок к истине, но в силу молодости и отсутствия проблем, отодвинул вопросы в сторону: «И об этом поговорить у нас будет время».
