– Аника, голубушка, будьте добры, принесите мистеру Моргану сто миллилитров воды, – он повернулся к Билли, – Вы сможете пить из стаканчика самостоятельно, как считаете?
Билли кивнул. Доктор задал вопрос так, словно собирался провести эксперимент.
– Голубушка, в обычном стаканчике, пожалуйста!
Аника грациозно исчезла за дверью, и через миг вернулась назад, неся одноразовый стаканчик, заполненный до середины. Как будто за дверью стоял дозатор, отмеряющий в миллилитрах.
“Полупустой стакан, – констатировал внутренний голос, – или полу-полный. Тебе как больше нравится?”
“Мне нравится пить”, – ответил Билли мысленно.
Он протянул руку, чтобы взять стакан, и вдруг понял, что это будет не так просто. Рука, отпущенная в “свободное плавание” подальше от тела, начала “гулять” по воздуху и ощутимо трястись. Доктор Майлер внимательно наблюдал за дальнейшими действиями своего пациента.
Билли, как мастер Йода в старом фильме, закрыл глаза и вытянул руку вперед. Ему требовалось колоссальное усилие, чтобы унять разыгравшийся тремор. Когда он открыл глаза, рука была вполне твердой. Он взял протянутый стаканчик и также аккуратно и сосредоточенно поднес его к губам. Вода показалось ему невероятно вкусной. Он отпил маленький глоточек, затем еще один, и с третьей попытки выпил все содержимое, после чего плавно откинулся на подушку.
– Замечательно, – сказал доктор, – я не вижу никаких причин для беспокойства.
– Долго я был в отключке? – спросил Билли.
– Четыре дня и семнадцать часов, – ответил Майлер, – если хотите, могу даже минуты назвать. Плюс минус пара-тройка…
– Нет, спасибо. Вы можете сообщить моей девушке…
– О, об этом не беспокойтесь, мисс Евенсон, – это он обратился к медсестре, – пожалуйста, займитесь вопросом уведомления всех, кого это касается. Я полагаю, что сегодня вечером, после пары проверок, мы сможем выписать мистера Моргана.
Мистер Морган не возражал. Он больше хотел знать, чем закончилась вся та история с этим взрывом. Доктор похлопал Билли по руке,
“Он точно гей, – ты ему нравишься”
и вышел из комнаты, показав на выходе сжатый кулак с поднятым большим пальцем. Билли ответил ему тем же, мысленно в очередной раз послав подальше своего внутреннего собеседника.
Он откинулся на подушку, и прикрыл глаза.
“Как думаешь, – спросил он собственный внутренний голос, – она спаслась?”
“Уф, я думал ты уж не спросишь про нее”, – ответил тот.
“А она была симпатичная”.
“Да ты просто труселя ее увидел, и сиськи торчащие, вот и все”.
“Тебе говорили, что ты крайне невыносим?”, – спросил Билли своего внутреннего соучастника.
“Только ты. Я не хочу тебя расстраивать, но я, – это ты, – вкрадчиво заговорил он. Биллу показалось, что еще немного и из каких-то сумерек подсознания покажется и сам собеседник. И, наверное, будет жутко, если он окажется совсем не таким, как ты он его себе представлял, – Я твоя темная, а иногда и светлая половина, так что мои мысли, – это глубоко потаенные твои. Я твое прошлое и настоящее, Билли, так что не играй со мной…”
“Бу! Очень тебя боюсь, – ответил мысленно Билл, и даже улыбнулся в реальности, – вообще, если б кто-то знал, что я сам с собой разговариваю, – меня б уже в психушку упекли”.
“А вот тут ты не прав, не прав, – с грустью ответил внутренний голос, – подсознание, коим я являюсь, – это невероятно мощная структура. Во мне сосредоточены самые базовые инстинкты и умения, и я есть у всех. Ну, не конкретно, я, конечно, но такие же как я есть у всех. А вот общаться со мной могут совсем немногие… веришь?”
“Это клиника?”
“Нет, Билли, это признак разума. Как правило, глупые сами с собой не разговаривают”.
“Ладно, я устал, – подумал Билл, – дай поспать”
“Ну, ты только что проснулся, вообще-то. Но так-то я не против. Хочешь, я тебе присню что-нибудь из того, что было?”
“Ага, ту девушку из квартиры”, – проваливаясь в сон пробормотал Морган.
“Ты такой предсказуемый…”
Билли уснул.
Ему снилась девушка из той квартиры. Он должен был ее спасти, и во сне она пришла к нему в больницу, чтобы отблагодарить. Она вошла к нему в палату, в ее руке был воздушный шарик в виде ярко золотого сердечка, который она привязала к изголовью кровати.
Она ничего не говорила, просто сидела, смотрела на него, и молчала. А он смотрел на нее. В первый раз он явно ее недооценил. Она была не просто симпатичная, – она была настоящей красавицей. Резкие, но не отталкивающие черты лица делали ее похожей на лисицу. Каждое движение было плавным, словно перетекающим. Она села на стул, подобрав под себя ноги. В этот раз на ней были джинсы, поэтому в такой позе не было ничего вызывающего.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Билл.
– Как ты себя чувствуешь? – ответила девушка, словно эхо.
– Я – хорошо, меня должны скоро выписать, доктор говорит, что все нормально.
– Я так рада, – ответила девушка и плавно опустив ноги на пол, поднялась со стула. В ее движениях было явно что-то звериное и плавное. Так хищник подкрадывается к своей жертве, но Билли это необычайно заводило, – я так за тебя волновалась.
