— Свобода! — взревел Громторн, сокрушая небоскрёб одним ударом кулака. — Наконец-то!
Тем временем Шёпот полностью ускользнул из ловушки и исчез в пространстве между снов и яви. Аид почувствовал, как по мультивселенной прокатилась волна кошмаров — теневое существо проникло в коллективное бессознательное и начало питаться страхами спящих.
— Виктор может остановить их, — понял Аид. — Я чувствую его силу. Он достаточно могущественен, чтобы справиться со всеми тремя одновременно. Почему же он не действует?
Ответ пришёл как озарение, холодное и неприятное.
— Это испытание, — прошептал он. — Он испытывает меня.
— Что? — не поняла зажигалка.
— Он хочет знать, готов ли я взять на себя ответственность за защиту мультивселенной. Готов ли я действовать, даже если это означает предательство других узников.
Аид чувствовал, как с каждой секундой растёт число жертв. Громторн крушил города, Шёпот сводил людей с ума кошмарами, а Морок готовился нанести финальный удар по системе.
— Каждая моя секунда колебаний стоит чьих-то жизней, — понял он. — Виктор не будет действовать, пока я сам не сделаю выбор.
— Это жестоко, — сказала зажигалка.
— Но необходимо, — ответил Аид. — Если я собираюсь стать защитником мультивселенной, то должен доказать, что готов принимать тяжёлые решения. Что готов действовать тогда, когда это нужно, а не когда мне удобно.
Он создал руну связи с Виктором, и между ними установился мысленный контакт.
*Ты знал, что это произойдёт*, — обратился Аид к бывшему другу.
*Конечно, знал*, — спокойно ответил Виктор. *Морок планировал этот побег месяцами. Думаешь, я не заметил?*
*Тогда почему не остановил его заранее?*
*Потому что мне нужно было знать, кто ты есть на самом деле. Слова о раскаянии дёшевы, Аид. Действия в критический момент — вот что показывает истинную природу человека.*
Аид почувствовал вспышку гнева, но тут же подавил её. Виктор был прав, каким бы болезненным ни было это признавать.
*Хорошо*, — сказал он. *Я готов действовать. Но на своих условиях.*
*Каких?*
*Никто не умирает без необходимости. Мы пытаемся взять их живыми. И если кто-то из них покажет готовность измениться, мы даём ему такую возможность.*
Виктор помолчал, обдумывая условия.
*Согласен*, — сказал он наконец. *Но помни — их жизни не важнее жизней невинных. Если придётся выбирать...*
*Я понимаю*, — перебил Аид. *Я сделаю то, что нужно.*
Связь прервалась, но Аид знал, что Виктор будет наблюдать. Ждать. И вмешается только в том случае, если Аид не справится или не сможет принять необходимое решение.
— Мы берём Шёпота, — сказал он зажигалке. — Он самый опасный из троих — может причинить вред, не показываясь физически.
— А остальные?*
— Виктор справится с ними, когда убедится в моей готовности действовать.
Аид начал создавать портал в мир снов, где скрывался Шёпот. Это было самое опасное место для битвы — мир, где правила реальности не действовали, где страх и воображение были сильнее логики.
Но у него не было выбора. Каждая секунда промедления означала новые жертвы.
— Готов? — спросила зажигалка.
— Готов, — кивнул Аид и шагнул в портал.
Время испытаний подошло к концу. Пора было доказать, что он действительно изменился.
***
Мир снов встретил Аида хаосом искажённых образов и невозможных пейзажей. Здесь не действовали привычные законы физики — горы росли корнями вверх, реки текли в небе, а солнце было чёрным, излучая холодный свет.
Но хуже всего были крики.
Они доносились отовсюду — из замков, построенных из страхов, из лесов, где деревья были сделаны из воспоминаний о боли, из городов, населённых кошмарами. Миллионы спящих по всей мультивселенной переживали ужасы, порождённые Шёпотом.
— Где ты? — крикнул Аид в пустоту. — Покажись!
Ответом стал смех — тихий, словно шелест сухих листьев, но в то же время оглушительный. Он исходил отовсюду и ниоткуда одновременно.
*Добро пожаловать в мой мир, предатель*, — прозвучал голос Шёпота. *Здесь я — бог.*
Пейзаж вокруг Аида начал меняться. Мир снов принял форму его собственных воспоминаний — академия, где он учился, лаборатория, где проводил первые эксперименты, и наконец — руины городов, которые он разрушил в своём безумии.
— Ты пытаешься заставить меня почувствовать вину, — сказал Аид, идя по улицам призрачного города. — Но моя вина реальна. Я не отрицаю её.
*О, но есть вещи похуже вины*, — прошептал Шёпот. *Есть сомнения.*
Фигуры начали появляться в руинах — призраки его жертв. Они смотрели на него с немым обвинением, протягивали руки, просили о помощи, которая пришла слишком поздно.
— Почему ты не спас нас? — спрашивали они. — Почему позволил нам умереть?
— Потому что я был слеп, — ответил Аид. — Ослеплён гордостью и жаждой власти.
*А теперь ты ослеплён иллюзией искупления*, — засмеялся Шёпот. *Думаешь, служение Виктору смоет кровь с твоих рук?*
Сцена изменилась. Теперь Аид стоял в зажигалке, но не в реальной — в искажённой версии, где стены были сделаны из костей его жертв, а руны светились их кровью.
