— Проблему того, что создаёт таких существ, как мы с тобой когда-то были. Амбиции, жажда власти, желание изменить мир любой ценой. Пока мы только запираем последствия, а не устраняем причины.
Аид задумался над словами Виктора. За свои века заточения он многое понял о природе падения, о том, как благие намерения превращаются в разрушительные действия.
— Ты хочешь, чтобы я стал не просто стражем, а учителем, — понял он.
— Именно. Кто лучше падшего мага может понять другого падшего мага? Кто лучше тебя сможет показать путь к искуплению?
— А что, если я ошибусь? Что, если поверю тому, кто не готов к изменениям?
Виктор улыбнулся — впервые за всё время их общения.
— Тогда я буду рядом, чтобы исправить ошибку. Ты думаешь, я собираюсь бросить тебя одного с такой ответственностью?
Аид почувствовал облегчение. Он боялся, что Виктор хочет переложить на него всё бремя защиты мультивселенной.
— Значит, мы будем работать вместе?
— Как партнёры. Как равные. Как... друзья, возможно, если ты сможешь простить мне то испытание.
Аид посмотрел на проекцию своего бывшего друга — человека, который пожертвовал их дружбой ради спасения мультивселенной, а теперь предлагал восстановить её на новых основаниях.
— Прощение — это процесс, — сказал он наконец. — Но я готов его начать.
— Тогда у нас есть работа, — кивнул Виктор. — Морок всё ещё заключён, но его влияние растёт. Рано или поздно он найдёт способ освободиться или освободить других. Нам нужен план.
— У меня есть идея, — сказал Аид. — Но тебе она может не понравиться.
— Говори.
— Мы предлагаем ему то, чего он больше всего хочет — честную битву. Один на один, без уловок и ловушек. Если он победит, мы освобождаем его. Если проиграет — он прекращает попытки освободить других.
Виктор нахмурился.
— Это очень рискованно. Морок — один из древнейших духов хаоса. Его сила...
— Его сила велика, но она хаотична, — перебил Аид. — А наша — упорядочена. У нас есть шанс.
— Наша?
— Я и зажигалка. Мы едины теперь. И наша сила растёт каждый день.
Виктор долго молчал, обдумывая предложение.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Но если что-то пойдёт не так...
— Ты вмешаешься, — закончил Аид. — Я понимаю.
Проекция Виктора начала растворяться.
— Отдохни, — сказал он на прощание. — Впереди нас ждут трудные времена.
Аид остался наедине с зажигалкой, обдумывая происшедшее. Он больше не был заключённым, мечтающим о побеге. Он стал защитником, готовым сражаться за то, во что верил.
— Ты сожалеешь? — спросила зажигалка.
— О чём?
— О том, что выбрал этот путь. О том, что стал стражем вместо того, чтобы искать свободу.
Аид улыбнулся, создавая на стене руну удовлетворения.
— Я нашёл свободу, — сказал он. — Свободу служить чему-то большему, чем я сам. Свободу выбирать правильный путь, даже когда он труден.
— И ты готов к битве с Мороком?
— Мы готовы, — поправил Аид. — Мы справимся с ним. Вместе.
На стенах зажигалки начали появляться новые руны — планы будущих сражений, схемы защитных заклинаний, символы единства и решимости. Трансформация Аида была завершена, но его история как защитника мультивселенной только начиналась.
***
Три дня спустя Аид всё ещё чувствовал последствия событий. Не физические — его тело в зажигалке не знало усталости. Эмоциональные. Каждый раз, когда он закрывал глаза, он видел лица тех, кто пострадал от побегов узников.
Ребёнок в мире Вексы, который чуть не умер от магической заразы. Жители города, который разрушил Громторн. Тысячи людей по всей мультивселенной, которые неделями будут просыпаться в холодном поту от кошмаров, посеянных Шёпотом.
— Эти жертвы — на мне, — сказал он зажигалке. — Если бы я действовал быстрее...
— Ты не мог знать, — возразила она. — Морок планировал это месяцами. Даже Виктор не мог предотвратить все последствия.
— Виктор мог, — поправил Аид. — Но не стал. Потому что для него испытание моей решимости было важнее жизней невинных.
Слова прозвучали горько, но Аид не испытывал злости на Виктора. Скорее — понимание. Цена лидерства заключалась в необходимости принимать решения, которые причиняют боль в краткосрочной перспективе ради блага в долгосрочной.
— Ты злишься на него? — спросила зажигалка.
— Нет, — ответил Аид после долгой паузы. — Я понимаю его. Если я собираюсь стать защитником мультивселенной, то должен научиться принимать такие же тяжёлые решения.
Он создал на стене руну памяти — символ, который будет напоминать ему о цене его колебаний. Каждый раз, глядя на неё, он будет помнить: в его положении промедление равно смерти невинных.
— Виктор связывался с тобой? — спросила зажигалка.
— Да. Час назад. Громторн и двое других узников заключены в усиленные артефакты. Шёпот... Шёпот добровольно остался в своей новой тюрьме и просил передать благодарность.
— А Морок?
— Морок молчит. Но это затишье перед бурей. Он планирует что-то новое.
Аид подошёл к стене и прижал к ней ладони, расширяя восприятие до пределов магической сети. Морок действительно молчал, но его тишина была зловещей. Дух хаоса не сдался — он перегруппировывался.
