— Он понял, что прямые атаки не работают, — сказал Аид. — Теперь он будет действовать тоньше. Искать уязвимости в системе, слабые места в нашей защите.
— И он их найдёт?
— Возможно. Но к тому времени мы будем готовы.
Связь с Виктором активировалась снова.
*Есть новости*, — сказал голос бывшего друга. *Совет Хранителей хочет встретиться с тобой.*
— Совет? — удивился Аид. — Я думал, решения принимаешь ты.
*Я лишь старший среди равных. Есть вещи, которые требуют согласия всех хранителей. Твоё включение в наши ряды — одна из них.*
Аид почувствовал смесь волнения и тревоги. Он готов был работать с Виктором, но идея предстать перед целым советом магов, каждый из которых, вероятно, помнил его преступления...
*Они не будут судить тебя за прошлое*, — словно читая его мысли, сказал Виктор. *Они хотят оценить твои способности как потенциального союзника.*
— Когда?
*Завтра. Я создам портал.*
— А если они решат, что я не подхожу?
*Тогда ничего не изменится. Ты останешься в зажигалке, но уже не как узник, а как независимый страж. Мы будем сотрудничать, но не официально.*
Связь прервалась, оставив Аида наедине с мыслями о предстоящей встрече.
— Ты нервничаешь? — спросила зажигалка.
— Да, — честно признался он. — Я уже привык к мысли о том, что мы с тобой — команда. А теперь, возможно, придётся стать частью более крупной организации.
— Это плохо?
— Не знаю. Организации имеют тенденцию к бюрократии. К компромиссам. К решениям, принятым комитетом, а не на основе моральных принципов.
— Но у них есть ресурсы, — напомнила зажигалка. — Знания. Опыт веков.
— Это правда, — согласился Аид. — И если я хочу действительно изменить систему, а не просто реагировать на кризисы, мне нужна их поддержка.
Он создал новую руну — символ решимости, смешанной с осторожностью.
— Что бы ни решил Совет, мы останемся вместе, — сказал он зажигалке. — Это не подлежит обсуждению.
— Всегда, — ответила она, и её пламя стало теплее. — Куда бы ни привёл нас этот путь.
Аид сел в центре камеры и начал готовиться к встрече с Советом. Впереди его ждало новое испытание — не силы или решимости, а дипломатии и убеждения. Он должен был доказать древним магам, что падший разрушитель может стать надёжным защитником.
Задача казалась невыполнимой. Но ведь и его трансформация из монстра в стража когда-то казалась невозможной.
— Интересно, что бы сказали мои старые учителя в академии, — пробормотал он, — если бы узнали, что их худший студент станет кандидатом в хранители мультивселенной?
— Вероятно, что чудеса случаются, — ответила зажигалка с лёгкой ноткой юмора в голосе.
— Или что мир сошёл с ума, — засмеялся Аид.
— Возможно, и то, и другое, — согласилась она.
Аид улыбнулся и закрыл глаза, готовясь к медитации. Завтра он предстанет перед Советом Хранителей. Завтра он узнает, готов ли мир принять его как защитника, а не разрушителя.
Но сегодня он просто наслаждался покоем своей камеры и присутствием единственного существа во всей мультивселенной, которое знало его истинную сущность и принимало её полностью.
Путь от заключённого к стражу был пройден. Путь от стража к хранителю только начинался.
**КОНЕЦ ПЯТОЙ АРКИ**
Портал открылся в сердце Нейтрального Пространства — места между измерениями, где не действовали законы ни одного мира. Аид ступил из огненного проёма зажигалки в зал, который заставил его ахнуть от изумления.
Зал Совета был произведением искусства космического масштаба. Стены из кристаллизованного времени отражали не образы, а воспоминания, показывая историю мультивселенной в бесконечной смене картин. Пол был выложен звёздным камнем — материалом, который существовал только в сердцах умирающих звёзд. А потолок... потолка не было. Вместо него простиралось окно в истинную Пустоту — не ту тёмную пустоту, из которой когда-то звучали голоса, а изначальную пустоту, из которой рождались все миры.
В центре зала возвышался круглый стол из цельного метеорита, а вокруг него сидели пять существ, каждое из которых олицетворяло власть и мудрость веков.
— Добро пожаловать, Аид из Академии Вечных Наук, — произнесла первая фигура.
Элара Звёздная была эльфийкой, но не из тех прекрасных лесных созданий, о которых пелись песни. Её красота была холодной и отстранённой, как свет далёких звёзд. Серебристые волосы струились вокруг её лица, а глаза были цвета бездонного космоса. На её плечах лежала мантия, сотканная из световых лет.
— Твоя репутация предшествует тебе, — добавил второй член Совета.
Торгим Каменное Сердце выглядел именно так, как должен выглядеть дварфийский мастер рун — приземистый, широкоплечий, с бородой, заплетённой в косички и украшенной металлическими бусинами. Но его глаза горели не обычным огнём кузни, а пламенем творца артефактов, способного заключить в металл и камень силы самой реальности.
— Как и твоё преображение, — мягко сказала третья фигура.
