– Так, – Туманча встал с бугорка и выпрямился. – А отчего меня обижаете? – Голос его обрел непривычное Синильге высокомерие. Таким она своего учителя еще не видела. – Кто ко мне приходит, должен поклониться до земли трижды!
А вот вождь волосатиков не удивился. Видимо, так в его представлении и должен был себя вести могучий воин духа. Он неуклюже согнулся в поклонах, пригибая рукой и спину незадачливого почитателя. Сбросив рюкзаки в снег, трижды поклонился и вьючный эколог.
– О, мой старший брат! Я пришел рассказать о великой победе. Нашей с вами победе! Наша решимость, сплоченность и подлинная святость реальных воинов духа изгнали железные машины и их прислужников!
– Ай, не шуми. Проходите к дому, а рюкзаки здесь оставьте, – продолжал командовать суровый Туманча, повелитель бездн и небес.
– Но у нас там…
– Оставьте, шамбала-мандала! – проревел старый шаман.
«Шамбала-мандала» произвела на гостей несокрушимое действие. Вьючный эколог, казалось, готов был благодарить Туманчу, когда духовный лидер, кивнув ему бросить поклажу, поплелся вперед, поддерживаемый учеником. Синильга шла замыкающей, и это позволяло ей беззастенчиво и беззвучно смеяться.
Дальше было всякое. Напыщенные речи духовного лидера в какой-то момент утомили Туманчу. Он взялся за бубен, и спустя несколько минут глава пришельцев уже горячо просил духовного посвящения у ближайшей лиственницы. Это произвело неизгладимое впечатление на прочих воинов духа, которые за пятнадцать минут накололи дров и принесли воды. Их попытки сбежать обратно к рюкзакам за подарками были безжалостно пресечены, и теперь они ждали новых приказаний. Могучий и милосердный Туманча, властелин верхней и нижней тайги, смилостивился над падаванами.
– Вы просить пришли? Просите! – обратился он для начала к вьючному экологу.
– Я пришел испросить благословения Земли, Ветра и Воды на нашу борьбу с системой во имя блага всех живых существ.
– Подойди ко мне, мальчик, – пророкотал шаман. – Благословение Земли. – Он зачерпнул из кострища горсть золы и вымазал лицо адепту непонятного. – Благословение Ветра, – старик сильно дунул в розоватую плешь на склоненной голове. – Благословение воды, – провозгласил он наконец и смачно плюнул на макушку борца с мировым злом.
Борец отошел отступил на пару шагов со смешанными чувствами.
– Теперь ты. Какое посвящение хочешь получить? Желаешь ли научиться летать?
Второй ученик великого вождя летать не пожелал.
– Пусть нога нашего учителя исцелится и не беспокоит его.
– Кто просит не для себя, а для другого, получит вдвое! – нравоучительно заметил Туманча. – Хунаткан, выдай награду!
Синильга, из последних сил сдерживая улыбку, подошла к бескорыстному экологу и вручила ему зеленый леденец, последний остававшийся у нее в пакетике.
– А теперь садитесь, будем вашего учителя лечить, однако, – смилостивился мудрейший Туманча, гурхан лекарей Восточной Сибири.
Под новые звуки бубна и все громче звучащее из-под лохматой маски шамана рычание, вождь экологов перестал беседовать с деревом, но и в прежний дотошный пафос не впал. Не успел. Потому что внезапно на голос Туманчи из-за деревьев послышалось ответное рычание.
– Амаркан, амаркан! – крикнул шаман. – Иди, полечи нашего гостя. Голый густой кустарник возле лабаза зашевелился, затем показалось что-то темное, массивное, и только потом пришельцы разглядели оскаленную лохматую морду, издающую ужасающее рычание.
– Медведь! Бежим! – подскочил на месте трижды благословленный эколог и дал стрекача. Следом бросился бескорыстный ученик, но его быстро обогнал чудесным образом исцеленный седобородый вождь! Он мчался по подтаявшему снегу, о диво, ничуть не хромая!
Всерьез опешила и Синильга, она впервые видела медведя так близко. Но шаман одним словом остановил зверя.
– Амаркан, не ходи за ними! Ты проснулся, тайга проснулась, добычи вокруг много. Вот так, так, не сердись на старика за то, что позвал.
Медведь послушался человека. Отряхнулся, словно выбрался из реки, мотнул лобастой башкой, рыкнул напоследок и неторопливо скрылся в лесу. Только когда хозяин тайги окончательно исчез с глаз, Туманча и Синильга принялись хохотать. Потом остановились, переглянулись, хмыкнули и вернулись к делам. До заката не так много времени, нужно успеть завершить работу. А ночью камлать у костра, разожженного живым огнем.
Сегодня Синильга впервые оседлает коня шамана, отправится к верхнему небу одна и вернется на голос бубна Туманчи. Или не вернется – никто не знает, куда ведут потаенные тропы, кто встретится на них и куда уведет. У духов много ответов и много путей, все правильные, главное, отыскать свой. Синильга глубоко вдохнула пропитанный солнцем воздух, ощутила, как тепло растекается до кончиков пальцев. Все случится так, как должно быть. Их ждет полет.
…Ну? Джамиля, Зарина, Гюзель, Саида, Хафиза, Зухра, Лейла, Зульфия… До свидания, барышни, извините, если что не так…
На экране мелькали последние кадры «Белого солнца пустыни».
