Иду за девушкой, еле поспевая, и разглядываю невзрачную бесформенную юбку, скрывающую зад комсомолки. Очевидно, неплохой зад – Зина спортом занимается. Она, видно, почувствовав взгляд, притормозила и стала идти рядом, расспрашивая меня о Викторе Семеновиче. Настроения болтать не было, и я вяло отбрехивался. Зина, поняв, что я колоться не буду, и сама замолчала. И надо же такому случиться, нам навстречу попался побитый мной хам – одноклассник Зины Геннадий Иванов.
– Зина, привет! – кивнул он ей.
– Привет! – холодно ответила Зинка.
– Зря ты с ним встречаешься, у него уже есть девочка и, я уверен, не одна, – крикнул он вслед, заставив позеленеть от возмущения комсорга.
– Ты чего с синяком на роже? – с подколкой спросил я и демонстративно взял Зину под руку. – К чужим девушкам приставал?
– Гена, ты думай, что говоришь, – наконец набрала воздух в грудь Зина и с прищуром добавила: – И правда, откуда синяк?
Поверженный соперник ничего не ответил и, не оглядываясь, уполз залечивать раны.
– Штыба, а что за девушки? – опять раздражающе фамильярно спросила комсомолка у меня.
– У меня имя есть, – грызнулся я, не желая развивать эту тему.
– Ой, извини, Анатолий, это привычка у меня такая дурацкая, – искренне повинилась Зина.
Я внимательно осмотрел конопатую попутчицу и снизошел до ответа.
– Разные девушки, Зина, разные! Я не знаю, про какую конкретно он говорил.
– Интересно, значит, у тебя полно девушек? А так и не скажешь! – не отставала она. – И молчишь, а обычно парни любят приврать. Может, и нет никого у тебя?
– Нет, конечно, никого. Жду, когда ты меня оценишь, – постарался серьезно ответить я.
– Толя, ты маленький еще со мной встречаться, да и вообще, рано тебе с девушками спать!
– Ничего не рано, возраст согласия в СССР с четырнадцати лет, а с шестнадцати уже жениться можно. Да и не предлагал я тебе этого! Но ход твоих мыслей мне нравится, – пошутил я.
– Что? Да с чего ты?.. Вот нахал! Я, оказывается, ему предлагаю! – бушевала Зиночка до тех пор, пока не услышала голос директора.
– А вы неплохо смотритесь, прямо жених и невеста!
Зина, поняв, что все это время мы шли под ручку, окончательно покраснела, как помидор.
– Да что ты краснеешь, дело молодое, я вот помню… – начал рассказ Николай Николаевич, но тут же осекся.
Мы сели в машину и под завистливый взгляд Зинаиды поехали в больницу. В дороге опять спал как сурок. И чего я ночью буду делать? В больнице под любопытные взоры медсестер проходим в вип-палату. Вот интересно, слова такого нет, а палата есть. Сосед Виктора Семеновича на этот раз был на месте, правда, спал, повернувшись к нам спиной, но по его монументальной заднице можно было сказать: человек он тоже непростой.
Виктор Семенович ошарашил меня предложением. Слово ошарашил – мягкое и не выражающее степень моего офигевания.
– Есть у меня к тебе предложение, Анатолий, но скажи для начала, а что ты знаешь о ВЛКСМ?
Что я знаю или что я могу сказать? Это разные вещи. Знаю я дофига, а вот сказать могу дежурные вещи из брошюрки для вступающего в ВЛКСМ. Это я и промямлил.
– Неплохо, неплохо, – явно польстил мне коммунист. – Я расскажу немного подробнее.
И я удостоился получасовой лекции, которая была интересна и мне, и Николаю Николаевичу.
– Таким образом, ВЛКСМ – это важная ступень перед вступлением в партию. Скажу честно, случаев, когда кто-то занимал ответственную должность в КПСС, минуя союз молодежи, сейчас исчезающе мало, – вещал пострадавший. – Самое лучшее комсомольское образование – это Высшая комсомольская школа при ЦК ВЛКСМ (ВКШ). Там есть факультеты истории и коммунистического воспитания на базе среднего образования со сроком обучения четыре года. И у нашего обкома имеется квота, но дать я тебе ее пока не могу – у тебя нет среднего образования. Да, есть много вариантов его получить, например, идти в девятый класс. Проблем же не будет, Николай Николаевич? – обратился он к директору.
– Нет, не будет. Я и сам предлагал, видя выдающиеся математические способности Анатолия, остаться еще на два года, – встрепенулась неподвижная до этого глыба директора, стоявшего по стойке смирно.
– Вот! – удовлетворенно кивнул директору Виктор Семенович. – Есть техникум, но там тебе терять четыре года придется, есть вечерка – тоже хороший вариант. А еще есть предложение лучше. Тебе интересно?
– Я весь одно большое ухо! – отвечаю шуткой.
Мужики заржали.
– Что нравится в тебе – ты не тушуешься, но и палку не перегибаешь. Хотя немудрено, имея такого деда, – похвалил коммунист меня. – Я предлагаю тебе окончить зональную комсомольскую школу! Их в нашей стране сейчас двадцать две штуки. Там ты сможешь получить среднее образование и обтесаться заодно в среде комсомольских активистов.
– Никогда не слышал, – сознался я.
