Я проснулась счастливой. Не ожидала, что вчерашняя церемония что-то изменит, но душа и сердце пели от счастья. Винтер еще спал, и я не удержалась и поцеловала его. Он смешно сморщил нос, но не проснулся, поэтому занялась привычными утренними делами – приняла ванну, позволила служанкам застегнуть очередное платье. И где они их брали? Иногда казалось, что следующий наряд развеется, как в сказке о голом короле. Когда, уже одетая, снова заглянула в спальню, Винтер сидел на кровати и отчаянно зевал во весь рот.
– Приказать подавать завтрак, ваше высочество?
– Прикажите, ваше высочество, – со всей возможной серьезностью кивнул Винтер. – Я отлучусь на пару минут.
Рассмеявшись, передала приказ слугам – глядишь, еще привыкну, что кто-то бросается выполнять любое твое распоряжение. Шутка, конечно, но в каждой шутке доля правды есть. Пока Вин вновь становился похож на принца, а не на бродягу с большой дороги, в воздухе учуяла такие запахи, что я чуть язык не проглотила.
Наконец муж появился в гостиной, подтянулись и его друзья, все четверо выглядели заметно посвежевшими и уже не напоминали призраков, как в первую нашу встречу. Мы расселись вокруг стола и отдали должное мастерству королевского повара. Особенно ему удались пирожные, украшенные каплями разноцветного желе и напоминающие коралловые рифы. Десерт был воистину волшебным.
– Вас можно поздравить? – обратился Герден к принцу, когда мы утолили первый голод.
– Пожалуй, да, – улыбнулся муж, – Скайя завершила ритуал.
А я вспомнила о минувшей ночи – ритуал ритуалом, но никогда еще мне не было так хорошо.
– Вот и замечательно! – оживились братья. – Алена, а как обстоят дела с браками в вашем мире?
Пришлось повторить все, что уже знал Винтер. Парни слушали внимательно, опасаясь пропустить хоть слово, и по их глазам я видела, как трудно им верится в мой рассказ. Я снова доходчиво объясняла, что такое штамп в паспорте, и что в самом штампе магии нет, как и в паспорте. Что это просто законодательное закрепление отношений, которое можно расторгнуть в любой момент. И это никак не влияет на способность пары иметь детей. Дети рождаются и вне брака.
От свадеб перешли к науке, и если бы Винтеру не надоело – ведь родная жена о нем позабыла – боюсь, из-за стола мы бы выбрались к вечеру. А Вин ждать не желал.
– Алена, а не хочешь ли еще раз пройтись… м-м… допустим, в тронный зал?
Парни понимающе переглянулись, а я покраснела, представив, что они себе надумали.
– Зачем? – спросила, обрывая рассуждения об электричестве.
– Зеркала, – только и сказал Винтер.
Точно! Как я могла забыть?
– Конечно идем! – Допив душистый ягодный чай, поспешила за мужем.
Впрочем, охрана в лице бывших четверых заговорщиков от нас не отставала. Ну хоть расспросы прекратились. Наверное, Вин успел рассказать друзьям о моем видении, потому что они не выказали никакого удивления. Мы миновали коридоры и очутились в знакомом помещении. Здесь по-прежнему было пусто, только у трона всеми цветами переливался посох. Винтер взял его в руки.
– Алена, в этот раз мы направим тебя магически. Я буду делиться магией, потому что у нас она одного типа, а парни создадут защитный контур, чтобы тебе ничто не навредило.
Так вот зачем нам группа поддержки! Винтер предусмотрел все.
– Хорошо, – кивнула. – Что нужно делать?
– Встань туда, где находилась вчера, – попросил муж.
Я замерла у зеркальной стены и уставилась на свое отражение. Винтер подошел сзади, опустил ладонь на плечо, в другой продолжая сжимать посох. Его друзья, окружив нас с четырех сторон, подняли руки, и из их пальцев полился свет, создавая подобие куба, переливающегося оттенками синего.
– Теперь потянись к отражению и пожелай увидеть моего отца, а я попробую взглянуть твоими глазами.
Ощутила, как тело напитывается силой, как из ладони Винтера льется нескончаемый теплый поток, наполняя меня, и я будто росла, росла…
– Покажи мне короля Айсена в тот день, когда он был здесь последний раз, – сказала зеркалу.
– Не проси, приказывай.
– Покажи мне! – крикнула.
Стекло помутнело, а я увидела…
Зал был не таким, как сейчас. Его наполнял свет. И трон не пустовал, на нем сидел мужчина средних лет. В его темных волосах уже проскальзывали первые нити седины, глаза глядели сурово. Мощный подбородок делал лицо тяжеловатым, а плечи будто ссутулились под гнетом непосильного горя.
Айсен был не один. Перед ним замерла женщина в накидке с капюшоном. Я не видела ее лица, лишь спину и темно-русые локоны. А когда она заговорила, Винтер с такой силой сжал плечо, что стало больно.
– Как ты мог, Айсен? – спрашивала женщина. – Я доверила тебе самое ценное, что у нас было, – нашего сына. Как ты мог отказаться от него?
– Я не отказывался от Винтера, Сейлана, – грозно отвечал король. – Он решил свергнуть меня с престола.
– Ты заслужил.
– Думай, что говоришь, женщина! – Король ударил посохом по полу.
