Не обращая внимания, я накинул на вспышку сеть. Для её изготовления в ход пошло всё, что только нашлось под рукой: рюкзак и кираса моего «Латника», нагрудник орка, кольчуга Хайды с такими удобными кожаными тесёмками… Как я и думал, поверх взрыва имелось точно такое же защитное поле, из какого состояли барьеры. Громыхающая металлом сеть легла почти идеально, чуть свободно. Лямки «авоськи», за которые я немало переживал, получились достаточно длинными.
Тянул шар я в полной тишине. В какой момент угрожающий рокот стих и прекратился – бог его знает. И Денис больше не произнёс ни слова, только стоял в своём углу и качал головой.
Шар застрял, продавив барьер почти до половины диаметра. Я упирался, пот катил градом, но каждый рывок только прибавлял ко взрыву по паре сантиметров, не принося результата. Неосторожно ступив на больную ногу, я поскользнулся и упал, даже не зная, хватит ли духа подняться.
Надо мной стоял орк, разглядывая, по обыкновению, одним глазом, скосив голову набок. В первую секунду я сжался, ожидая нападения, почему-то решив, что Цитадель пала, брошенная своими защитниками. Вторым, более внимательным взглядом, я нашёл у орка высокие знаки различия поверх изумрудных нашивок на броне. И только в третий раз взглянув на зубастую пасть, понял, что знаю этого офицера. Гвардейца, который возглавлял спасательную операцию и возвратил заложников в мир людей.
Ящер фыркнул, протянул лапу к моей шее и довольно грубо дернул, ставя на ноги. Подобрал с пола лямку, выскользнувшую у меня из ладони во время падения. Понимающе кивнул, нырнул под шар и налёг на него, что было мочи, с той стороны.
С первого раза у нас ничего не получилось. Но потом к орку присоединился еще один, и еще – а больше возле шара не было места. Я снова намотал на руку лямку, кто-то взял вторую в свою в шершавую лапу… Шар негромко хрустнул и выскочил из стены.
Он был не очень тяжелый. Когда наложение нескольких магических сил закончилось, тащить сеть по гладкому полу стало не так сложно. Орк-командир приложил свою трёхпалую конечность к восстановленному, запершему моих помощников барьеру. Пожелал удачи.
Страшная огненная сфера поместилась в линзу только-только, с запасом всего в три-четыре миллиметра.
Мы не могли, как мне кажется, почувствовать момента, когда ядерный взрыв проломил истощенную магию и поглотил Цитадель. Но мы почувствовали. Я почувствовал, а вернувшаяся к жизни Хайда потом говорила, что именно с этого осознания и ощутила себя вновь живой.
Провал во времени, который ей пришлось пережить, произвёл эффект удара пыльным мешком из-за угла. Жизнь возвращалась в эльфийку постепенно, медленно, поэтому выглядела она, да и в действительности чувствовала себя растерянно и плохо.
Сначала ожили только глаза, в которых сразу же проступила высшая степень удивления. Потом Хайду согнуло, вернулась сила в мышцы и она, уже почти посиневшая, смогла с хрипом вздохнуть. Мощная боевая энергия, слишком медленно стекавшая с пальцев, опалила руку, заставила колдунью дергаться в конвульсиях – но кричать она пока еще не могла.
Следующие полчаса Хайда провела в канаве. Её кидало из жара в озноб, тошнило, било мелкой дрожью от пережитого стресса и наложившегося холода. Я и сам-то озяб в одном нательном белье. Из «Латника» получилась отличная и очень крепкая авоська для ядерного взрыва, но самый минимум я себе оставил. А на Хайде без лат одежды было ещё меньше.
Ну ничего, пусть, быстрее очухается.
Наконец, взгляд женщины стал осмысленным, а движения – упорядоченными. Я снял с себя драную камуфляжную куртку, добавил к ней не менее замызганные штаны и кинул вниз. Хайда покрутила одежду в руках, обнаружила дыры, обрамленные бурыми пятнами, и поморщилась.
– С мертвецов снял?
– Не хочешь надевать – ходи голая.
– Это второй важный вопрос. Почему я голая?
– Потому что. Вела себя нескромно.
Она прищурилась. То ли не поняла и не поверила, то ли восприняла всерьёз и пыталась вспомнить. Немного поиграв в гляделки, сдалась и ухватила себя руками за голову.
– Что случилось? Я тебя не слышу. Вообще ничего не чувствую. И сил совсем нет.
– Добро пожаловать в мой жестокий мир.
Хайда огляделась по сторонам, словно только что сообразила, где находится. Холод брал своё, она явственно стучала зубами, поэтому начала резкими торопливыми движениями натягивать чужую одежду. Я не стал её больше мучать и рассказал, опуская детали, про последние события. С того момента, на котором остановился в своём рассказе Денис.
Про то, как орки помогли мне вытащить закапсулированную вспышку в башню. Как воткнули её в арку вместо ворот, снесенных-таки атакующими. Как держали оборону еще полчаса, пока термоядерный шар не заполнил весь коридор. И как я отказался эвакуироваться вместе с защитниками в Казематы, а выволок на себе Хайду, пару раз не со зла задев окаменевшей фигурой за углы и колонны.
