– Да, всё так. Может быть, и Совет миров ждала такая же участь, но мы вовремя заметили подготовку. Пытаясь отразить удар, напали первыми. Они дрались отчаянно, наши лучшие войска были почти разбиты, а от магического напряжения раскалывались материки и сдвинулись орбиты лун. Потери с обеих сторон были просто неисчислимы. И это, в конечном счете, остановило войну.
– Знаем, знаем такие сказки! – Артём излучал недоверие и презрение. – Нам в земной истории гитлеров хватало. И тоже под предлогом защиты своей нации. А на деле – самый обыкновенный геноцид. Который теперь прикрывается статистикой и софистикой.
– Я не могу ничего ответить на это. Я не понимаю некоторых слов, а узнать их значения мне не позволяет Денис.
– Да, не позволяю. Мне не нравится, что все мои мысли ты потом передаёшь кому ни попадя. Ну, в смысле – вон ей.
Дениса сложившийся конфликт вроде бы не радовал, но он продолжал обижаться и показывал это Эхору при каждой возможности. Я решил вернуть разговор в прежнее русло.
– Эхор, что же получается? Просчитались вы с окончанием войны, раз она сейчас снова идет?
– Войны после этого не было почти тысячу лет, если мерить вашими годами – отметил Эхор. – Но в целом, да. На том ничего не закончилось. Ящеров не научить покорности жестокими уроками. Они опять сделали совершенно иные выводы, чем мы рассчитывали.
– Как я понял, сил воевать у них всё равно не осталось?
– Да. Но они пошли другим путём. Полностью закрылись от внешних контактов. Отключили все порталы между мирами, создав контрольные башни, без сигнала которых ни один переход больше не открыть. И в условиях такой блокады, в строжайшей тайне начали исследования глобальной трансмутации.
– Это что-то из области ядерной физики? – выпалил я, не давая Артёму снова выдать что-нибудь оскорбительное.
– Не могу сказать точно. Возможно, но у нас же совершенно по-разному развивается наука, а Денис сам не чётко представляет значения многих терминов. Денис, не волнуйся, слово «трансмутация» я взял у тебя не сейчас, а уже давно. Я же с самого начала собирался рассказать вам эту историю.
– И в чём суть этой… трансмутации? – спросил Андрей.
– Спустя девяносто с небольшим лет после того, как установился мир, наши разведчики сообщили, что здесь, в Колыбели, планируется нечто колоссальное.
– Стоп-стоп-стоп! А как же блокада?
Эхор посмотрел с нескрываемым удивлением.
– Блокада же не значит, что за врагом не надо следить? Мы предвидели возможность отключения порталов. Потратили сорок лет и несколько сотен скаутских жизней, но нашли способ переправить своих магов внутрь блокированных миров. Они жили здесь всё это время в качестве наблюдателей, изредка присылая донесения. Попадали в облавы, умирали от старости и болезней, но не оставляли миры цептан без внимания.
Эхор допил свой приторный синий напиток, который только однажды дал нам попробовать, отказавшись, в свою очередь, от нашего растворимого чая. Ловким жестом растворил в воздухе тонкий стеклянный стакан и продолжил.
– Да, мне трудно подобрать слова, чтобы вы поняли, о чём речь. Не могу соотнести области вашей и нашей науки, слишком разный подход к изучению. Если очень упростить суть, ящеры решили превратить себя в совершенно новый вид существ. Внести изменения в каждую частичку своего тела,
– Генная инженерия?
– Не понимаю, что это значит, – отмахнулся Эхор. – Цептане были любознательным и не обремененным моралью народом. Тысячелетиями ставили опыты на себе, на животных, на пленниках, на преступниках. Улучшали свои ритуалы и создавали невероятные магические артефакты. Одно из направлений их исследований касалось улучшения вида. В конце концов они добились, чтобы эффект накладывался безопасно, не приводя к уродствам, а затем стойко сохранялся у потомства.
– А что именно за эффект?
– Они хотели стать более выносливыми и сильными. Повысить скорость развития и плодовитость, хотя бы даже пришлось пожертвовать продолжительностью жизни.
– Из бабочек – назад в гусенички? – оценил замысел Денис.
– У нас говорят немного иначе. Примерно, на ваш язык… Не любите кузнечиков – познайте саранчу.
– И против саранчи вы, исключительно ради всеобщего блага, разорвали мирный договор? – тут же встрял Артём.
– Нет. Это было их внутреннее дело, у нас не было ни малейшего повода развязывать войну. К тому же, это было бессмысленно. Информация пришла слишком поздно, все приготовления были завершены. Мы бы попросту не успели собрать войска.
– Только не говорите, что вы совсем-совсем ничего не предприняли.
– Нет, почему же. Мы ведь понимали, что в перспективе, всего через пару веков, новые ящеры восполнят все потери и снова будут доминировать. Рано или поздно они предъявят претензии за прежние унижения, и это грозило нам поражением. Да что уж там, будем реалистами, – полным уничтожением всего Содружества.
– Что же вы сделали?
– Единственное, на что хватило времени. Принесли в жертву всех наблюдателей, наших самых опытных бойцов, лучших боевых магов. Сформировали отряд особого предназначения и отправили в Цитадель.
Я фыркнул. Андрей глянул на меня вопросительно.
