И только после того, как Зоран спросил звенящим от напряжения голосом: «А куда мы попали?» – понял, что это улица Базилиону, неподалеку от Аушрос Вартай, Ворот Зари. Сперва огорчился: получается, к Тони сегодня не попаду. Потом обрадовался: сам прошел на Другую Сторону, без посторонней помощи, ай да я! И наконец спохватился: а как насчет Зорана? Он же… О боже. Что я наделал. Вернее, оно само как-то наделалось. Ему же, наверное, сюда носа совать нельзя?
– Место знакомое, – растерянно говорил Зоран. – Но где оно и что тут рядом, я как-то не соображу, хотя центр вроде знаю, как собственную квартиру. То есть до сих пор думал, что знаю. А нет.
– Значит так, – сказал Эдо, стараясь, чтобы голос звучал бодро, спокойно и твердо, как у практикующего врача. – Мы с вами оказались на Другой Стороне. Случайно. Я имею в виду, нечаянно. До сих пор был уверен, что не умею сам сюда проходить.
– Да я тоже был уверен, что не умею, – кивнул Зоран, оглядываясь по сторонам с таким неподдельным энтузиазмом, что Эдо тут же перестал испытывать угрызения совести. Чего угрызаться, если человек рад.
Отличный все-таки чувак этот Зоран. Все бы так.
– Я сперва испугался, – признался Зоран. – Сердце как-то странно заколотилось. Очень громко и с перебоями, такой «бадабум-бадабум» в ушах. Подумал, а вдруг это сердечный приступ? У меня никогда не было, но говорят, что они начинаются приблизительно так. Но если мы на Другой Стороне оказались, тогда с сердцем, наверное, все нормально. Просто организм удивился, да?
– Еще как удивился, – подтвердил Эдо и достал из кармана телефон. Сказал: – Я вас домой не верну, мне самому обычно помощь нужна. Но сейчас позвоню Каре, она вас быстренько доставит назад.
– А можно не сразу домой? – спросил Зоран. – Если у вас есть время и вам не трудно, может быть, погуляем? Хоть полчаса? Я же здесь в первый раз. И возможно, в последний. Не факт, что когда-нибудь снова так повезет.
– Если один раз прошли, значит и во второй получится, – заверил его Эдо. – По крайней мере, все опытные контрабандисты так говорят.
В его душе сейчас бушевала буря. Потому что он понимал, что Зорана лучше как можно скорее отправить домой. А то… на самом деле, никто не знает, что с ним тут может случиться. Может и ничего. Но может и какой-нибудь лютый ужас. Не было пока прецедентов. Кара рассказывала, в городе сейчас живут несколько человек с такой же странной судьбой, как у Зорана, которых по какой-то причине полюбила и решила забрать себе Эта Сторона. Но до сих пор никто из этих людей на Другую Сторону не совался. Не хочется им. Видимо, полное отсутствие интереса к Другой Стороне выдается автоматически вместе с новыми биографиями, ложными воспоминаниями, оплаченными счетами за электричество, водительскими правами и ключами от квартир. Ну, неважно. Главное, что Зорану лучше от греха подальше отсюда валить.
Но при этом Эдо представлял себя на его месте и очень хорошо понимал, как Зорану сейчас интересно. Конечно, ему хочется тут погулять! Совсем дураком надо быть, чтобы упустить такой шанс.
Поэтому он сказал:
– Кара мне голову оторвет, что не сразу ей позвонил. Но не страшно, новая вырастет. Может, окажется лучше прежней. А может, полная дура. Никогда не знаешь, где тебе повезет. Ладно, пошли! Полчаса гуляем, потом я звоню Каре. Договорились?
Зоран закивал с таким неподдельным энтузиазмом, что сразу стало ясно – какие там полчаса.
Получасом не обошлось, конечно. Бродили, как минимум, полтора. Потому что сердце не камень, а Зоран совершенно по-детски тянул его за рукав: «Ой, а что там? А за тем поворотом? Слушайте, эту площадь и памятник я откуда-то знаю. Может, видел во сне? А еще мне кажется, что если пойти в ту сторону, мы выйдем к реке. Правда, выйдем? Там действительно есть река? Небольшая, но быстрая?» И Эдо – потому что сердце не камень – кивал, пожимал плечами, ободряюще улыбался, говорил: «Такое вполне возможно», – и шел за Зораном, куда тот хотел. По дороге затащил его в первый попавшийся бар, угостил очень крепким коктейлем, считай, напоил лекарством. Знал по себе, когда такое творится, от выпивки не пьянеешь, наоборот, хоть немного приходишь в себя.
Впрочем, коктейль не особо помог. Зоран явно перебрал впечатлений. По дороге бормотал: «Быть не может, мне это снится!» – и все крепче держался за Эдо, как будто вокруг бушевало море, а Эдо был спасательный плот.
Оказавшись на берегу Вильняле, Зоран стал оглядываться по сторонам с таким диким видом, что Эдо мысленно отвесил себе затрещину и наконец-то достал телефон.
Кара даже ругаться не стала. Только сказала чужим, до жути спокойным голосом: «Ясно, я быстро, дождитесь», – и отключилась. А Зоран спросил:
– Это вообще нормально, что я почему-то помню, как однажды здесь вот так же сидел?
– Да конечно нормально, – вздохнул Эдо. – Я имею в виду, совершенно нормально чувствовать себя странно, оказавшись на Другой Стороне.
Его, конечно, так и подмывало сказать: «Нормально помнить то, что действительно было». Но он сдержался. Сам понимал, что потрясений Зорану пока хватит. Вполне достаточно для одного дня.
