«Зачем это он?.. Что там у них еще могло
случиться?» — с тревогой подумал генерал, но тут же вспо-
м.нил, что сам приглашал полковника, и на душе у него
сразу полегчало.
— Пусть войдет, — произнес Михеев зевая и устало
опустился в мягкое кожаное кресло.
— Доброе утро, Спиридон Петрович, — с легким
грузинским акцентом приветствовал Михеева тучный
офицер, входя в кабинет.
— Здравствуйте, Арчил Таймазович, — приветливо
откликнулся генерал и, поднявшись, пошел навстречу
полковнику. — Ну, присаживайтесь, дорогой, — он
указал на мягкое кресло, стоявшее около массивного
письменного стола.
Немного помедлив, глядя на хозяина ласковыми
восточными глазами, полковник сел.
— Когда прибыли? — спросил генерал, усаживаясь
за стол.
— Сегодня ночью, ваше превосходительство, —
ответил Моргания.
— Ну как, отдохнули с дороги?
— Спасибо.
— А я, признаться, очень плохо спал. Все
неприятности, батенька, один неприятности! — искренне
жаловался Михеев.
— Не надо позволять себе так тревожиться, Спири-
дон Петрович, — сказал полковник тоном старого
доброго врача. — Все равно кривых не исправить.
Поберегите здоровье.
Генерал откашлялся, вытер платком губы и сказал:
— Не могу, милый друг, это уже привычка у
меня, — он сделал паузу и продолжал: — Вижу, как
все здесь сложно, трудно и запутано, но интересы
государя-императора требуют конструктивного
решения.
— Служить его императорскому величеству —
счастье для всех нас, — полковник склонился в
почтительном поклоне. И после небольшой паузы добавил:
— Однако я напрасно заехал сюда.
— Это куда? — не понял генерал.
— Да в Чечню, — ответил тот. — Мне предлагали
хорошее место в центре России.
— Что это вы, батенька, разве там юпокойнее? —
оборвал его генерал. — Оттуда только и сообщают о
больших беспорядках, которые подогревают эти, как
их, всякого рода социалисты.
Полковник молчал, словно сожалея, что сказал
такое.
Генерал Михеев высоко ценил нового начальника
Веденского округа. Юрист, окончивший университет,
человек с тонким политическим нюхом, Моргания хорошо
умел разобраться в местных условиях. В нем удачно
сочетались ловкость, сила воли и готовность, не
раздумывая, пустить в ход любые средства для достижения
цели. Потому генерал с легким сердцем решил послать
полковника в Ведено, в первую очередь для борьбы с
Зелимханом.
— Ну, рассказывайте, что там у вас нового? Где
сейчас скрывается наш главный разбойник?
— Нового? Да как вам сказать, Спиридон Петрович,
особенно нового — ничего, — полковник еще не
уловил, какого доклада ждет от него начальство.
Заметив уклончивость ответа, генерал махнул рукой:
— Рассказывайте все начистоту, Арчил Таймазович.
Я уже давно привык ко всяким худым вестям. — Он
вздохнул и добавил: — А добрые вести в этих краях
редкость.
— Что касается Зелимхана, то он за последнее
время нигде активно себя не проявляет, — начал
полковник.
— Куда же еще больше, — перебил его Михеев.
— Хватит и того, что он уже наделал.
— Да, — глубоко вздохнул полковник, — ужасно
жалко Тархана Тудоевича.
— Хороший был человек, — покивал лысой голо-
вой генерал.
— Отличный человек, — подтвердил Моргания и,
попросив разрешения, закурил. — Сообщают, Сииридон
Петрович, что Зелимхан с семьей перебрался сюда,
поближе к вам.
— Как к нам? Куда же это? — насторожился
Михеев.
— Говорят, что сейчас он скрывается где-то в горах
недалеко от Галашек. Но вряд ли задержится там
надолго. Дело в том, что наши лазутчики узнали о его
намерении в ближайшее время во главе крупной шайки
напасть на город Кизляр.
— Ого! Вот что он задумал! А с какой целью? —
генерал устремил на собеседника усталые, полные
тревоги глаза.
— С какой целью? Разумеется, чтобы пограбить.
Какие же другие цели могут быть у абрека?
— Это вы верно говорите, — согласился Михеев и,
тяжело поднявшись, снова подошел к окну. Двор был
уже чисто выметен. Дождь прекратился, и из-за гор
показалось бледное солнце. Генерал медленно обернулся
к полковнику и сказал:
— Арчил Таймазович, вчера я получил строжайшее
предписание от его высокопревосходительства.
Генерал предлагает нам в ближайшее время покончить с
этими разбойниками, в противном случае грозится
доложить о нашей бездеятельности императору, — он
снова вернулся к письменному столу, все так же тяжело
опустился в кресло и, выдвинув средний ящик,
взглянул на конверт с пятью сургучными печатями. В нем
лежало пресловутое письмо наместника Кавказа, в ко-
тором сообщалось, что власть его, Михеева, в пределах
Терской области пока что чисто номинальная, что было,
прямо скажем, в высшей степени оскорбительно для
самолюбивого Михеева.
Генерал закрыл ящик стола и спросил:
— Скажите мне, каковы ваши ближайшие планы
против Зелимхана?
— Мои?
— Да, ваши.
— В пределах вверенного мне Веденского округа, —
отвечал полковник, оглядывая свои холеные белые
руки, — я не позволю разбойничать ни Зелимхану, ни его
сподвижникам. Но, как вы успели заметить, абрек этот
за последнее время расширил район своих «подвигов» и
в основном действует вне пределов моей компетенции.
Примером тому может служить город Кизляр,
расположенный далеко от моего округа. Я почтительно советую
вашему превосходительству срочно уведомить
