Сперва я хотел слетать к западной границе, посмотреть, кого там ещё принесло к нам, а потом уже навестить инквизитора и поблагодарить его за спасение Василисы. Но планы пришлось спешно менять… Очень хорошо, что я проследил через карту за происходящим возле разрушенной тюрьмы. Приготовления людей проклятого фанатика мне очень не понравились. Девушку грубо схватили, подтащили к сосне, обмотали железными цепями, и начали кидать под ноги охапки хвороста. То же самое сделали и с двумя другими пленниками, вызволенными из подземной тюрьмы.
Времени на раздумья не оставалось. Срочно вызвав Птицу, я прыгнул на него, ещё до того, как мы поднялись, наложил Попутный Ветер, и мы сорвались с места на всей возможной скорости. Остальное войско вылетело следом — но ждать их я не стал. Главным было успеть вовремя. К счастью, всё происходило не так уж и далеко от Замка, мы имели все шансы успеть — но была дорога каждая секунда…
Мы с драконом обрушились на небольшую поляну, когда старый слуга инквизитора уже высекал огонь, чтобы подпалить три смолистых факела. Когда мы врезались в землю неподалёку от него, он выронил огниво и отскочил в сторону, попятившись от нас задом. Правда, у этого был определённый смысл — он подхватил с земли свой боевой молот, и после этого уже решительно замер, готовый, судя по всему, умереть за веру. Остальные люди инквизитора просто разбежались — дешёвые наёмники, ставящие выше всего свои собственные жизни и кошельки. Не дрогнул лишь сам главный фанатик.
Василиса, до того безвольно висевшая на цепях, вскинулась и с мольбой посмотрела на меня. Молча, но таким взглядом, что никаких слов больше было не надо.
— Что здесь происходит? — спрыгнув на землю, с ходу спросил я.
— Здесь вершится божье правосудие. Я собираюсь предать огню троих, запятнавших себя ересью, — сложив руки перед собой и смотря мне прямо в глаза, совершенно спокойно ответил инквизитор. И сделал шаг навстречу и в сторону, становясь между мною и приговорёнными.
— Запятнавших? Инквизитор, ты собираешься сжигать их только за то, что они были в плену? И ничего, что одна из них — мой человек? А возможно, и не только?
— Вы собираетесь воспрепятствовать божьему правосудию?
— Я требую освободить этих людей. Они невиновны. Они заслужили свободу и снисхождение после всего того, что им довелось пережить.
— Запятнавшие себя тьмою будут сожжены! Что, не согласен, тёмное отродье? — впервые на бесстрастном лице искореняющего ересь проскользнуло что-то человеческое. Кривая предвкушающая ухмылка. А ещё я заметил свечение, которое начало исходить от его ладоней.
— Это твоё последнее слово, инквизитор? Мы ещё можем разойтись миром. Хочешь, можешь отдать мне только девушку. Остальные… — следующие слова мне дались с трудом, но я всё-таки завершил фразу: — Остальных можешь сжечь, если так этого хочешь. Но её… Не смей.
— Свет не заключает сделок с тьмою. Я не отступлю, тёмное отродье. Помешаешь мне?..
Пару секунд я стоял перед ним, с силой сжимая эфес меча и смотря в ненавистную усмехающуюся рожу. Неимоверным усилием заставил себя успокоиться — хотя бы внешне.
— Ладно. Ты в своём праве. Можешь делать, что хочешь.
— Что-о-о?!! — истошный крик Василисы резанул по ушам. Седой слуга как-то быстро подскочил к ней, и профессионально заткнул рот девушке кляпом. Я было дёрнулся… Но опять с немалым трудом заставил себя сдержаться.
— Только просьба. Дай мне сначала убраться подальше отсюда. Не хочу слышать их крики… Птица, полетели!..
Только я вскочил на дракона, как тот взмыл в воздух. Я поймал на себе взгляд Василисы, бессильно бьющейся в путах, и почувствовал себя неуютно — с такой ненавистью смотрела она на меня. Но… Осуждать её я не мог.
«Ты же не собираешься это так оставить, да?» — голос Птицы в голове отвлёк от тяжёлых мыслей, и заставил усмехнуться уже меня.
— Нет, конечно же нет. Просто не хочу, чтобы этот фанатик спалил меня первым же экзорцизмом… Отлетаем на двести метров, ты высаживаешь меня и возвращаешься. Продолжать надо?
«Не надо, я самый догадливый дракон на свете! Понимаю всё с полуслова!»
— Вот и прекрасно. Можешь даже не садиться… Выпрыгну на ходу.
О своём решении я пожалел — посадка оказалась не самой удачной. Но, вернувшись взглядом к поляне, понял — всё сделал правильно. Инквизитор и не подумал прислушаться к моей просьбе, его человек с факелами уже ходил вокруг наваленного кучами хвороста. На руку играло только то, что дрова были больше сырыми и всё никак не хотели заниматься…
— Птица! Сначала — спасаешь Василису! Просто сломай это несчастное дерево, и дай ей выбраться! — я крикнул уже в спину дракону. И — обратив всё внимание на карту, стал наблюдать за тем, как разворачиваются события.
Второе появление Птицы на поляне не произвело такого фурора, как было в первый раз. Судя по всему, его ждали. Даже трусливые наёмники, вернувшиеся из кустов, где переждали опасность в прошлый раз, на сей раз остались в строю. Видимо, инквизитор применил все доступные методы убеждения.
