Шаман скользнул взглядом туда, куда пытался указать тонкорог.
– Отнести тебя?
Ответа он не дождался, но, чуть помедлив, поднял на руки хрупкое существо. Кожа его на ощупь была влажной и холодной, точно речная вода.
– Сердце Сестер тебя вылечит, потерпи, – уверенно сказал человек, пробираясь по одному ему известной тропе.
Река течет, огибая скальные вывалы, заполняя овраги, срываясь с крутых склонов хрустальными столпами водопадов. Человек не так быстр, как река, но он знает, где закончится путь реки, и срезает путь напрямую.
Там, где два бурных потока извергались навстречу друг другу, на изумрудной подушке мха росло, цепляясь за камни паутинкой мелких корешков, Сердце. Мясистые листья едва заметно шевелились, впитывая ковром микроскопических ворсинок брызги двух водопадов.
Оно не билось наподобие человеческого сердца, но шаман чувствовал пульсацию всем телом – далекий ритмичный гул, дрожь земли перед землетрясением, удары гигантского бубна, отдающиеся вибрацией в костях.
Мелкая живность, пришедшая на водопой, а может, тоже за исцелением, при виде человека бросилась врассыпную. Не обращая внимания на панически удирающих моллюсков, он, осторожно перешагивая с камня на камень, добрался до центра заводи, образованной водами двух рек, и уложил свою ношу прямо в розетку листьев Сердца.
Тонкие волоски потянулись к животному, удлиняясь на глазах. На мгновение показалось, что растение хочет сожрать тонкорога, растворить его едкими соками и всосать, не оставив следов. Но шаман знал: волоски эти – лишь инструмент диагностики, точно щупы анализатора. Пробуют зверя на вкус, определяют, что не так. А потом по ним же поступит в тело только что синтезированная целебная смесь.
– Сможешь ли ты излечить мое племя? – спрашивает шаман одну из двух безымянных рек, отступив на шаг.
Ответ приходит с плеском воды и шорохом листьев; шаман слышит его не ушами, но всем своим существом, как и медленный пульс Сердца:
– Для этого мне нужно попробовать его на вкус.
