— Поблизости. Что, если я скажу, что твой брат на самом деле жив, Тамиса?.. Пока ещё жив, во всяком случае.
Она прижала ладонь к губам, похоже, не в силах сразу собраться с мыслями.
«И всё же ты не слишком хорошо уничтожаешь человеческие слабости в своих слугах, Повелитель Змей, — лениво подумал Дарес. — Владыка Боли делает это куда надёжней. Возможно, именно поэтому, Тшиен, ты уже проиграл».
***
Грубо сколоченный стол стоял подле перил галереи, обрамлявшей внутренний двор таверны. Андре задумчиво постукивал пальцами по выщербленной столешнице, исподволь оглядываясь вокруг. Отсюда открывался прекрасный вид и на посетителей этого не слишком респектабельного заведения, и на ажурный балкончик на противоположной стене здания. Выходившая на него дверь, как Андре прекрасно знал, вела в покои особы, на встречу с которой он рассчитывал. Правда, для этого следовало запастись терпением, коим спутник Андре сегодня явно не блистал.
— Ну и на черта мы сюда притащились? — Дирк Хейден, раздражённо отодвинув от себя глиняную кружку, уставился на Андре. — Вино здесь — та ещё дрянь. Хотя, конечно, с твоим зельем не сравнить… Ему нет равных, не сомневайся.
— Благодарю, господин церковник. Но мы здесь не для того, чтобы напиваться. Тем более что с рассветом нам в дорогу.
— А зачем вообще тогда? Как наше пребывание в этом крысятнике окажется полезно Кеару? И, возможно, у меня опять разыгралась паранойя, но… Такое чувство, что местная публика таращится на нас почище, чем на кориннца с ручным медведем на ярмарке.
— Я-то думал, что рыжие только тараканы бывают, а не медведи, — заявил Андре. — Но суть ты ухватил верно. К церковничьим мундирам здешние непривычны, так что пялятся втихую они именно на тебя.
— И к чему тебе это представление?
— А вот к тому, — Андре кивком указал в сторону двух приближавшихся к ним мужчин. Один из них был высоким молодым мидландцем, другой — старше, ниже ростом и уже в плечах, но как Андре знал, опасней — имел примесь ташайской крови.
— Госпожа впечатлена, — подойдя поближе, резко бросил мидландец. — Сказала, мол, всякой дури от тебя, Полоз, ждала, но чтоб шипа сюда притащить!.. Ты ж, сволочь, ей всех клиентов распугаешь!
Слушая эту вдохновенную речь, Андре краем глаза заметил, что Дирк, услышав жаргонное прозвище Гончих, удивлённым не выглядел. И подумал, что парня, во всяком случае, хоть чему-то обучили в Обители… Либо же тот стал чуть лучше скрывать эмоции, написанные на его безупречно-имперской роже.
— Пока вроде никто с визгом не драпает, — отозвался Андре. — Да и так-то я тоже шип.
— Так ты колдун. И надёжный… Ну, так идёшь с нами? Тебя госпожа к себе велела звать. Только без этого, — мидландец опасливо покосился на Дирка.
«Надёжный, как же», — с ухмылкой подумал Андре, но пререкаться не стал, ответив:
— Иду, — и, заметив едва уловимый вопрос во взгляде Дирка, добавил: — Жди, Хейден. Мы недолго. Главное, не поубивай тут всех.
— Ступай уже… Полоз, — сказал Дирк, и Андре понял, что вопросов по возвращении ему явно не избежать.
Но сейчас он предпочёл выбросить это из головы — встреча с хозяйкой заведения волновала его куда больше. Путь в её покои оказался не слишком долгим: Андре прекрасно знал, что их окна выходят сюда же, во внутренний двор.
Когда же Андре преступил порог полутёмной гостиной, женщина, с которой он искал встречи, уже стояла посреди комнаты, скрестив руки на груди.
— По-моему, сегодня ты перешёл все границы! — заявила Клер Байо.
— Ну-ну, не злись, — ответил Андре, подойдя поближе. — До сих пор тебя моя служба Церкви не смущала.
— Но это не значит, что я желаю видеть церковников у себя! — Клер пожала плечами так, что её лиловая шаль сползла, обнажив выпирающие ключицы в вырезе платья из тонкого бледно-розового шёлка. А потом быстрыми шагами подошла к кушетке у пыльного окна и уселась.
Андре, не дожидаясь приглашения, устроился в кресле рядом.
— Если мы столкуемся, то и не увидишь. А если нет… Знаешь, когда сюда заявится с десяток таких ребят, чтобы перетряхнуть твои кладовые, это будет куда печальней визита одного офицера Гончих.
— Ты бы не стал мне предупреждать, если бы хотел донести на меня. Говори, что тебе нужно, и убирайся! — прошипела Клер, почти не размыкая потрескавшихся губ.
Андре подумал, что, глядя на эту женщину, сложно было поверить, что ещё несколько лет назад она была ослепительно красива. Сейчас лицо Клер выглядело исхудавшим, глаза глубоко запали, а их блеск казался не то лихорадочным, не то полубезумным. И для самого Андре она служила отличным напоминанием о том, что, используя не слишком хорошо знакомые заклятия, следует соблюдать предельную осторожность.
Клер была когда-то сильной стихийной чародейкой, но полностью лишилась магической силы. Произошло подобное после того, как Клер провела неудачный эксперимент с какими-то чарами, сведения о которых нашла в древнем соланнском манускрипте.
