— Я понял, Минна. И благодарен за помощь. — Дирк безотчётно коснулся места на шее, где ещё несколько минут назад виднелись следы от зубов… Если б он не сумел отпихнуть начавшую вгрызаться ему в глотку мертвячку, то теперь ему уже никакая помощь не понадобилась бы. — Но… не могли бы вы нас оставить? Нам нужно обсудить дела Церкви.
— Разумеется, господин Хейден, — несколько суховато отозвалась целительница, но без всяких возражений подхватила свою сумку и, решительно перекинув через плечо светлую косу, выскользнула за дверь.
Дирк почувствовал себя неловко перед Минной, но подумал, что чуть позже найдёт способ загладить вину. Не мог же он и впрямь обсуждать с Андре дальнейшие действия в присутствии чародейки, которая не состояла на службе у Гончих официально!..
— Ну, рассказывайте, Хейден, что там у вас за дела Церкви, — поторопил его Андре. — Как я понимаю, вы всё же что-то выяснили у покойницы, прежде чем она почуяла кровь?
— Да, — Дирк поморщился, пытаясь собраться с мыслями. Хотя боль чары Минны и убрали, но слабость никуда не делась, а в голове прочно поселилась вязкая муть. — Но дело не только в этом, — начать рассказ для Андре Дирк решил всё же с той странной магии в доме Вивьен, о которой сообщила Тийя.
— Занятно, — протянул Андре. — Похоже на стихийную магию, но какую-то странную. И что вы собираетесь с этим делать?
— Ты, — возразил Дирк. — Ты — маг, тебе и разбираться с этим будет сподручней. Так что возглавишь отряд и проверишь дом этой благочестивой… или теперь уже не очень контрабандистки. Вот, держи, как подтверждение полномочий. — Он, порывшись в кармане штанов, к счастью, избежавших участи изодранной покойницей рубашки, вытащил оттуда небольшую металлическую вещицу.
Стальной перстень с выгравированной на нём звездой Троих стукнул о столешницу, и Андре изумлённо приподнял брови — похоже, доверенным лицом церковного воинства его ещё ни разу не объявляли.
Дирк же посмотрел на поблёскивавший металл и гравировку в виде трёх широких лучей, оплетённых терновыми побегами, и вдруг понял, что изображение расплывается светлыми и блестящими, словно отсветы луны на чёрной воде, пятнами. На какой-то момент Дирку показалось, что вода эта сомкнулась у него над головой. Но уже в следующий — по ощущениям — миг он снова очнулся и почувствовал, что его придерживает за плечо Андре.
— Живы?.. — тот встревожено заглядывал Дирку в лицо. — Ну, целительская магия силы вытягивает только так… Если скажете, что вот это, — Андре кивнул в сторону перстня, — было в бреду и ничего не значит — я не удивлюсь.
— Нет, — Дирк потёр глаза, пытаясь прийти в себя. — Я же сказал — ты возглавишь отряд, значит — возглавишь! И всё со мной нормально. Сейчас посижу немного и пойду.
— Ага, до двери, может, и дойдёте. Дальше — точно нет.
— Чушь не пори, всё в порядке. Мне ещё Ноймана этого ловить и Кеару у него вызволять. Хотя жив ли мальчишка вообще…
— Видел я, как оно в порядке… Погодите, что вы сказали про Кеару?!
— Мертвячка рассказала, что его похитили люди Эберта Ноймана. Того самого капитана, матроса которого Кеару недавно убил в драке. Этот Нойман ещё приходил к господину Агилару и возмущался… Потом, видимо, забери его Бездна, решил взяться за самоуправство!.. А девка, Лола, и рада была Нойману помочь, как только он ей золотишка отсыпал… Все они, стервы, одинаковые!
— И где вы собираетесь Кеару искать? — перебил его Андре, которого обсуждение «стерв» явно не заинтересовало. — На корабле Ноймана? На складах каких-нибудь?.. В порту сам чёрт ногу сломит, только переполох поднимете, а мальчишку тем временем перепрячут или прикончат!
— Да нет… Девчонка сказала, что слышала, как Нойман с подручными говорили про какие-то острова в дельте. Знаешь про них?
— Знаю, и правда, есть два или три островка в дельте Сверкающей, это ближе к Хайнрихштадту… Ну, кто-нибудь из рядовых вам покажет. Только… вы же понимаете, что, если Нойман Кеару и выкрал, это юрисдикция городской стражи, а не Гончих?
— Какие умные пошли нынче маги, — усмехнулся Дирк. — Но мальчишку я попытаюсь вытащить сам. Иначе стража с её… расторопностью точно если что и найдёт, то труп, и Агилар с меня шкуру спустит. Так что — к делу, — кивнул он. Попытался встать, но понял, что ноги подкашиваются, и, отчаянно уцепившись за спинку стула, рухнул обратно.
— Я же говорил, — закатил глаза Андре. — Какой вы, церковники, однако, упёртый народ. Пока не свалитесь, всё тянет вас на подвиги… Правда, — он отвернулся к полкам на стене и принялся на них что-то искать, — если уж вы так рвётесь сами найти ташайца, я бы, пожалуй, мог вам помочь… Вот, — наконец повернулся он к собеседнику, поставив на стол большой округлый пузырёк с жидкостью зелёного цвета, напомнившего Дирку о ряске на пруду, — это снадобье вас точно взбодрит. Можете хоть в бой отправляться. Вот только сразу предупреждаю — к ночи всё равно свалитесь, а завтра вам будет худо.
— Худо? — с нарочитой беспечностью спросил Дирк. — Как после пьянки, что ли?
— Ну, это смотря что пить и сколько, — глубокомысленно протянул Андре, пожав плечами.
