Вскоре, из рассказа майора о ходе испытаний, стало ясно, что все не так уж плохо. Станция работала, но в условиях лаборатории, где не было возможности развернуть ее в полном составе и неоткуда было взять самолет, в принципе нельзя было ее настроить. Кроме того, в составе станции не было одного очень важного элемента, с помощью которого обычно теперь отображается радиолокационная информация, — электронно-лучевой трубки. Вместо нее в качестве средств отображения использовались стрелочные приборы. Их показания должен был считывать один человек, а другой — карандашом наносить их на графики.
— Можете сесть и обсудить ситуацию между собой, — наконец, приказал майор.
Обсуждение продолжалось около двух часов, после чего майору было доложено, что разработчики считают станцию работоспособной и просят взять с собой на испытания не менее двух человек из их числа. Майор согласился взять только одного. Выбор пал на Алексея.
— Имей в виду, — сказал майор Алексею, когда того, переодетого в солдатскую форму без знаков различия, привели к нему следующим утром. — Я тебя взял с собой под свою личную ответственность. Попробуешь бежать, шлепну. Не справишься с задачей, шлепну.
— Может быть, вы меня сразу шлепнете, и дело с концом, — ответил ему Алексей.
— Поговори у меня тут, — ответил майор, и они сели в машину.
Радиолокационная станция была развернута в лесу позади одной из многих зенитных батарей, защищавших Москву от налетов немецких бомбардировщиков. Антенна локатора была смонтирована на грузовике. За одну минуту она осматривала горизонт в угле 180 градусов, возвращалась обратно и начинала все сначала.
Алексей надел наушники. Приемник локатора был живой, в наушниках раздавался треск, слышанный им не раз в лаборатории. Индикатор на панели приборов показывал нормальный уровень мощности в передатчике.
— Не может она не работать, — подбодрил себя Алексей, взял в руку карандаш и приготовился записывать данные на миллиметровке, вставленной в планшет. Только сейчас он понял, как трудно будет успевать вручную записывать данные за машиной. Если будет лететь один самолет, еще можно будет справиться. Может быть, удастся справиться с двумя, больше — вряд ли.
Вдруг стрелочные приборы ожили, и Алексей сразу по логике их показаний понял, что провода к ним подключены неправильно. Поменяны местами приборы, фиксирующие дальность и угол прямого восхождения. Поправить минутное дело. Алексей схватил отвертку и, подняв крышку пульта, собрался менять местами провода, когда почувствовал, что в его спину уперлось дуло пистолета.
— Ты что, гад, делаешь! — орал майор.
Стараясь говорить спокойно, Алексей ответил:
— Станция работает, гражданин майор. Перепутаны провода. Разрешите исправить. Самолеты уже летят.
Действительно, уже через минуту Алексей кричал в телефонную трубку:
— Азимут 30, восхождение 10, дальность 80! И тут же, без перерыва — азимут 32, восхождение 15, дальность 70 и так далее.
Загрохотали зенитки, а Алексей все кричал и кричал в трубку. О том, чтобы что-то записывать, не могло быть и речи. Налет продолжался всего-то минут пятнадцать. Когда он кончился, Алексей охрип окончательно, но результат был впечатляющий. Заранее предупрежденные орудийные расчеты, располагающие относительно точным знанием направления, откуда следует ждать врага, сбили пять самолетов, что было абсолютным рекордом для батареи.
Майор что-то кричал в трубку, кому-то докладывая, а радиолокационная станция уже снималась с места. Противник в этом бою понес значительные потери, он понял, что здесь, в этом месте что-то не так. Возможно, приемники уцелевших самолетов зафиксировали работу локатора. Тогда следует ожидать нового налета, уже на саму батарею. А локатор пока всего один, совершенно секретный. Его надо сохранить во что бы то ни стало!
Экипаж станции, командир, два водителя и три оператора быстро приготовились к движению, так что уже минут через десять колонна из пяти автомашин двинулась в путь. Впереди шел грузовик с охраной, за ним — «виллис» с майором и Алексеем. Далее следовали два грузовика станции, а замыкала колонну еще одна машина с охраной.
Следующей ночью и во все последующие дни ситуация повторялась. Немцы несли большие потери. Они быстро поняли, что на этом участке действует радиолокационная станция. Опыт борьбы с ними у немцев был при бомбардировке Англии. Так что за станцией началась настоящая охота. Немцы высылали разведку в составе двух самолетов, идущих параллельным курсом, на расстоянии около 50 км. Своим излучением станция обнаруживала себя, и самолеты ее пеленговали, после чего возвращались на базу. А по их наводке шли охотники: несколько бомбардировщиков на малой высоте шли прямо на цель.
Несколько раз станции удавалось вовремя ускользнуть от бомбежки, но однажды это сделать не удалось. Бомбардировщики шли вслед за разведчиками. Под бомбами погибла половина взвода охраны, но экипаж станции, Алексей и майор отделались лишь ушибами и царапинами. Станция же оказалась полностью выведена из строя. Путь теперь для Алексея был только один: обратно в «шарашку».
