— Только не рассказывай никому, кто тебя защищал, когда ты их получила, — у меня было достаточно противное настроение — все события в моей жизни, связанные с семейкой Айзенэрцев, не приводили ни к чему хорошему. — Так чего ты хочешь?
— Чтобы ты не валял дурака в этой деревне, а взял судьбу в руки и вернулся на нормальную работу.
— Это на какую, позволь спросить? — я сел на качающийся табурет и, стараясь сохранить равновесие, оперся на стол, на котором уже стояли пакеты с контейнерами. Когда я уходил, их не было. Заметив мое любопытство, Энн сказала:
— Вот тебе тут приготовили еды немного, а то ты все на тушенке да на тушенке. Я же помню, что тебе понравилось в прошлый раз. Остыла уже, конечно, но ты сам виноват — болтался по полям несколько часов.
— Это моя работа, — пожал я плечами. Подступающий голод требовал, чтобы я немедленно вскрыл пакеты и насладился изысканной замковой кухней. Но я не мог отвлекаться, не выяснив намерений девушки. Я задал ей этот вопрос в третий раз.
— Хочу, чтобы ты снова меня охранял. Я походила месяц с гвардейцами… Это ужас. Туда нельзя, то нельзя, «милорд заругается». Обращаются со мной, как с ребенком!
— Ты и есть ребенок, — заметил я и тут же понял, как ошибся — на меня обрушился град гнева.
— Ребенок⁈ Как позволить мне заниматься, чем хочу, так я ребенок! А как сидеть на собраниях душных и корчить мину кислую, так «Энн, ты член нашей семьи, рода Айзенэрцев, веди себя достойно», — стоило признать, пародировала она барона отменно. — И ты туда же⁈ Как меня к себе в клоповник водить, так не ребенок, а как тут…
— Расставим все точки над «и». Я с тобой там ничего не делал, что бы там ни напридумывал себе твой братишка.
Энн поморщилась.
— А то я не знаю. У него с дядюшкой вообще напряженные отношения стали. Как Мацей говорит, все из-за меня.
— Это из-за того, что он дал тебе в прикрытие двух человек и жалкую тележку?
— Не только, — такой хмурой я Энн еще никогда не видел, даже тогда, когда ее везли в замок объясняться насчет побега к контрабандистам. — Просто… Что-то нехорошее грядет.
— Есть какие-то причины?
— Предчувствие скорее… В общем, я поговорила с дядюшкой, и он вроде как согласен на тебя. И более того, настаивает на этом.
— Кажется мне, без твоего давления тут не обошлось.
— Разумеется, — хихикнула Энн. — Я все-таки с ним шестнадцать лет живу, уж с кем-кем, а с ним я говорить умею. Так что собирайся.
— А моего согласия ты спросить не хочешь?
Слишком свежи были воспоминания об обстреле на мосту и гибели гвардейца, который, как казалось, был неплохим парнем. Участвовать в войне — увольте. Мое дело маленькое: загнать кого-нибудь в угол, подкараулить в темном месте, сопроводить груз, но к феодалам с их разборками я лезть, и более того — помирать, не желал.
— Ты немного не в курсе, я вижу, –неожиданно Энн встала с кровати и вплотную подошла ко мне, так, что я чувствовал тепло ее тела. — Мой дорогой дядя уезжает на очередную войнушку. Едет сражаться за очередное наследство очередного дома за благоденствие короны. Вместе с Мацеем. Я остаюсь дома одна.
— Одна на всю Терцию?
— Есть еще Дайана и Фило, — отмахнулась Энн.
— Фило я, допустим, представляю, кто такой. А Дайана?
— Подстилка дядюшки. Считает себя шикарной домоуправительницей. На самом деле она шикарно только шептать ему на ушко умеет.
— Может, не только шептать?
Энн прыснула.
— Поспорю на все имеющиеся у меня деньги, что будь она чуть более знатного происхождения, дядюшка давно бы взял ее в жены. Но он ждет предложения от… даже не знаю, от кого он ждет чего-то. У Шталей нет дочерей, Сильвены не любят «южан», а дом Вайсхавов он шесть лет назад расстрелял из пушек. Так что…
Она провела ледяными пальцами по открытой шее, отчего все мои члены напряглись. Она привлекала даже в рабочем комбинезоне и просторном свитере, что уж говорить про короткое, совсем не подходящее для девушки ее статуса платье с аккуратными кожаными ботиночками и лентой в волосах. Энн прекрасно видела, что мне нравились ее действия, хоть я и пытался подавить волей все животные позывы. Девушка улыбнулась еще шире (а улыбка ей шла как ничто другое), и повторила тоже самое другой рукой, фактически схватив меня за горло. Внезапно раздался топот ног, и дверь распахнулась.
— Все хорошо? — в комнату засунул нос взволнованный Астор.
— Да, все хорошо, — Энн в последний момент успела отдернуть руки. Несмотря на статус, людей своего дяди и даже его людей она побаивалась. — Марв как раз дал согласие.
— Прекрасно. А то тут Кьяра приперлась и орать начала, кое-как ее спровадил. Не нравится ей, видите ли, когда военная техника у нее дома стоит.
— Тебе десяти минут хватит на сборы? — Энн подмигнула мне.
Я коротко кивнул, но в мыслях уже спускал ее с лестницы. Позволить себе я этого не мог, хоть и хотелось. Хороша же, чертовка.
