- Я приглашаю тебя в ресторан, - с усмешкой отвечал Франческо. И они отправлялись в небольшой уютный ресторанчик по соседству, где все их уже знали и где с некоторого времени они стали завсегдатаями. Возвращались домой поздно, а с утра Франческо был уже в банке. Паола - на фабрике.
Вернувшись однажды с фабрики немного раньше Франческо, Паола увидела стоящих у её запертых дверей родителей. Она обрадовалась и немного смутилась одновременно. Смутилась потому, что её отец вполне мог устроить Франческо скандал, а скандалов она не любила.
Инес своим женским глазом сразу заметила перемены в доме: их дочка жила не одна. А с кем?
Она устроила дочери допрос, и Паола не стала отпираться. Сказала, что они с сеньором Мальяно полюбили друг друга, ради их любви он оставил семью и теперь живёт с ней. Анаклето, по своему обыкновению, принялся орать во всё горло, призывая проклятия на голову негодяя, который обесчестил его дочь!
- Успокойся, папа, - попыталась образумить его Паола. - бесчестят людей скандалы, которые слышны на всю окруту.
В самом деле, возвращающийся домой Франческо издалека услышал странные крики, которые неслись из дома Паолы, и заторопился туда.
Увидев перед собой достойного банкира, с которым до сих пор он встречался только в банке, Анаклето примолк. Но Франческо по тем итальянским ругательствам, что сыпались до этого, уже понял, в чём дело, и счёл нужным сказать кое-что отцу семейства, чтобы защитить свою возлюбленную.
- Сеньор Анаклето, - произнёс он строго и торжественно, - я довожу до вашего сведения, что мы с Паолой живём вместе. Я сообщаю вам об этом, а не спрашиваю вашего разрешения, потому что дочь ваша совершеннолетняя и вправе решать свою судьбу сама.
Анаклето не слишком понравился подобный подход. Ему было бы гораздо приятнее, если бы Франческо чувствовал себя виноватым, а он, как отец, вправе был бы казнить, или миловать. Анаклето открыл, было, рот, чтобы высказывать своё мнение насчёт взрослых дочерей и богатых стариков, лакомых до малоденьких, но Паола, сообразив, что сейчас произойдёт непоправимое, вдруг сказала:
- И обсуждать нашу жизнь ничего, ведь я жду от сеньора Мальяно ребёнка.
Анаклето осёкся. Он давно хотел внука, и если Паола родит этому банкиру сына, то он уж точно обеспечит их всех как следует. Да и вообще, этот сеньор Мальяно, сразу видно, человек порядочный, раз оставил семью ради их дочери… Словом, после этого сообщения буря улеглась, Анаклето взглянул на Франческо благосклонно, а Паола пригласила всех выпить вина в честь свершившегося. Инес кинулась целовать дочь и зятя, все успокоились, развеселились, и вечер прошёл радостно и мирно.
Уже лёжа в постели, Франческо, вспомнив, как Паола вышла из щекотливого положения, сказала ей:
- Тебе бы, моя дорогая, дипломатом быть! Ну, кто бы ещё мог такое выдумать?!
- Ты про что? - поинтересовалась Паола.
Она ещё не легла, сидела перед зеркалом и расчёсывала густые золотистые волосы, а Франческо ею любовался.
- Про то, что ты ждёшь от меня ребёнка. И как только тебе в голову пришло! Нет, ты просто гений!
- Но, я же, и вправду жду, - сказала простодушно Паола. - Ты рад?
Глаза Франческо округлились, он приподнялся на локте, глядя на Паолу с узумлением.
- Ты уверена? – с трудом проговорил он.
- Ты не рад? – с беспокойством переспросила она, пересаживаясь на кровать. – Ты думаешь, что Марко Антонио…
- Я не думал, что у меня может быть ребёнок, - прошептал Франческо.
- Но мы в последнее время довольно много занимались тем, от чего они как раз бывают, - напомнила она ему.
- Если бы ты знала, если бы ты только знала, - прошептал Франческо, крепко обнимая её. - Ты волшебница, Паола, ты вернула мне молодость.
То, что Франческо помолодел лет на двадцать, замечали все, но не все знали причину этого. Узнав новость, марко Антонио расплылся в улыбке и поздравил отца.
- Ты знаешь, уже и талия чуть-чуть округлилась, - радостно блестя глазами, прибавил Франческо. - А хочешь, я дам тебе попробовать наших макарон? Первая партия! По-моему, замечательные!
- Спасибо, папочка! Непременно угощу Розану. Она, кажется, тоже любительница!
Макароны он отдал кухарке и попросил сварить их к ужину, но никому не удалось отведать этих макарон, потому что Жанет, мгновенно поняв, откуда они взялись, перевернула всё блюдо на пол.
- Никаких гадостей в этом доме не будет! - произнесла она ледяным тоном и, показав на гору белых червяков, какими ей виделись те макароны, приказала: - Уберите!
До неё уже дошёл слух, что у Франческо будет ребёнок, и она поняла, что должна усиленно заниматься своей внучкой. Надо напомнить этому макароннику, что он - дед! Пусть ему хотя бы будет стыдно оттого, что он вознамерился стать молодым отцом! Она вновь отравила Мариану, чтобы та пригласила Жулиану с девочкой к ним в дом.
- Скажи, что отец имеет право видеться с ребёнком, - наказала она экономке.
