– Хорошо.
– И кстати, моим ногам так прекрасно в тепле, – заметил Ватсон, чтобы развеять напряжение.
– Рада слышать.
– В новых носках, – пояснил он.
– Поздравляю, – в голосе миссис Грегсон слышалось недоумение.
Ящик с кольтом, который так и держал в руках, Ватсон отложил на свободную койку. Прежде чем начать расспросы, он проверил капитану температуру и пульс. Все, кажется, вернулось в норму.
– Вам повезло.
– Повезло с вами и миссис Грегсон, – уточнил де Гриффон.
– Миссис Грегсон, по-видимому, настроена против вас и вашей семьи.
– На самом деле, майор, мы, капиталисты, не так уж плохи, когда познакомишься с нами поближе. Думаю, она напрасно переносит нашу семейную историю на новое поколение. Мой отец умер, брат тоже. Я живу рядом с людьми из Ли. Я вижу, какой это в большинстве хороший народ. Грубоваты, пожалуй, и резковаты, но это соль земли. Возьмем Платта – моего сержанта. В семье было двенадцать детей, из которых выжили четверо. Вы знаете, когда умирают дети, они не могут оплатить похороны. В гробах оставляют немного свободного места и ребенка хоронят вместе со взрослым – с любым взрослым, чтобы дешевле обходилось.
Ватсон покивал. Он в свое время повидал много детских смертей: от скарлатины, дифтерии, чахотки, полиомиелита. Он знал, как разоряют похороны семью, которая по бедности питается раз в день.
– Его мать скончалась от туберкулеза, когда Платту стукнуло двенадцать, и тогда он начал после школы подрабатывать на фабрике. Отец, все говорят, был пьяницей, так что растить братьев пришлось мальчику. С четырнадцати он работал на фабрике полный день. Мы вынуждаем большинство вести такую жизнь… скажу вам, если Бог даст мне пережить войну, я буду хозяином совсем иного толка.
– Рад это слышать. Но прежде нам надо выяснить, кто и что именно сделал с вами. Возможно, кое-кто из вашей «соли земли» не столь добродушен, как вы считаете. Вас, видите ли, отравили. Как и Шипоботтома.
Де Гриффон помрачнел:
– Я сам уже понял, майор. Но не могу представить, чтобы кто-то из моих людей хотел меня убить. Имейте в виду, майор Ватсон, я не имел никакого отношения к Ли. Дела фабрики вели мой отец и брат. Меня воспитывали как помещика. Хотя теперь, когда их обоих нет, кое-что изменится.
– В частности, теперь вы – лорд Стэнвуд?
