Ватсон ударил кулаком по столу так, что чернильница, подпрыгнув, пролила на бумаги иссиня-черную лужицу. Саймондс, выбранившись, вскочил на ноги и принялся промокать пятно.
– Майор, что вы себе позволяете! Это важные документы…
Ватсон резким движением руки смахнул бумаги со стола. Саймондс обомлел. По правде сказать, похоже, он готов был вызвать расстрельную команду.
– Это возмутительно! Майор Торранс говорил, что ваш рассудок потрясен…
– Потрясен, – подтвердил Ватсон, – вашим спокойствием. Значит, он хороший врач? Я слышал, что пациенты доктора Криппена тоже достойно о нем отзывались. И уверен, что кто-то считает Джека-потрошителя первоклассным хирургом. Если бы не его маленькое хобби… Так что натворил Майлс?
– Ох, ради бога, случилась маленькая неприятность личного характера.
Ватсон бросился на уклончивое словцо, как лев на спину газели:
– Неприятность? Неприятность! Извольте объяснить, что это означает!
– Не знаю. Мы не интересовались подробностями. Он во что-то вляпался. Его командир спросил, возьмем ли мы врача, не задавая вопросов. Ну пришлось проверить, не в некомпетентности ли дело. Оказалось, случай с сиделкой. Но вы же знаете, как эти девушки вертятся вокруг докторов. Нет, в вашем возрасте можете и не знать. А я-то видел их за работой. Подцепила доктора, значит, война была не зря. Нет доктора, сгодится любой офицер.
Ватсону очень хотелось применить удар левой в челюсть из Холмсова руководства по кулачному бою, однако он сдержался, заставил себя успокоиться. Потеря крови еще давала о себе знать, в висках бился пульс. Только не хватало ему оказаться на больничной койке после обморока или припадка.
– Где базируются гарвардцы?
– Майор Ватсон, если вы намерены мутить воду…
– Вода и без меня достаточно мутная. Вчера чуть не умер человек, отравленный неизвестным, а двоих мы уже потеряли, и еще пропала сестра и американский врач с «прошлым», как выражаются в Скотланд-Ярде. И все указывает на связь между ними. Я всего лишь хочу знать, где находятся американцы, которые сплавили вам Майлса.
Саймондс глубоко вдохнул, раздумывая, стоит ли отвечать этому сумасшедшему. В конце концов решил, что так будет проще от него избавиться.
– Гарвардский приписан к базовому госпиталю французов, юго-западнее Армантьера. Деревушка сразу за границей, называется Ньеп.
– Ясно. Благодарю.
