– На этой стадии расследования никого нельзя исключать. Ватсон представил нам действующих лиц, но почти не описал декораций. – Холмс ткнул пальцем в центр паутины. – Думаю, решение кроется в одной из этих двух точек. – В центре узора красовались два названия: Ли и Флитчем. – Надо выяснить, где родилась и воспитывалась миссис Грегсон и не связана ли она с одним из этих мест. Может быть, о суде над ней больше писала «Таймс». – Старик кивнул на штабель коробок, еще не тронутых Бертом. – У нас подшивка от 1905 года. Но до ночи нам, Берт, надо заглянуть в другое издание.
– Это в какое же?
Мистер Холмс указал на верхнюю полку над диваном:
– Тот красный том, пожалуйста.
Взобравшись к полке, Берт достал указанную стариком книгу. И вслух прочел золотые буквы на корешке: «Кто есть кто?»
– Он самый.
Через десять минут Холмс отправил Берта перебирать «Таймс» за прошлый год. Обнаружив то, что искал, попросил мальчика достать железнодорожный справочник «Брэдшо».
Спина не спина, сказал он, а пора им совершить «визит на дом» – что бы это ни значило.
Выход из наркотического отшельничества походил на пуск снаряда с морского дна. Только что Ватсон восхищался парящими вокруг светящимися пузырями и гигантскими головастиками, вызванными на сетчатку пробивающимся сквозь веки солнечным светом, а в следующий миг его выбросило из теплого ласкового бульона в жестокую реальность. Словно ведро холодной воды выплеснули в лицо, и он еще несколько секунд брыкался, не желая возвращаться.
– Успокойтесь, майор Ватсон.
– Не могу, не могу говорить, – прохрипел он.
– Погодите, я уберу.
Он втягивал в себя воздух, пока его опрокинутое восприятие приспосабливались к реальности. Мозг медленно заполнял инвентарный список.
Он в палатке для переливаний. Сюда провели электричество – оттого свет такой яркий. На лице кислородная маска. Над ним и в самом деле сестра Дженнингс. Ужасно пересохло горло.
– Можно воды? – выговорил он.
– Конечно.
Сестра Дженнингс подсунула ладонь ему под голову и приподняла, другой поднося к губам стакан. Вкус был изумительным, лучше хорошего «Айлея» или коньяка. Впрочем, Ватсон знал, что так всегда бывает с теми, кто выжил вопреки вероятности. На несколько чудесных мгновений нервная восприимчивость невероятно обостряется, словно под влиянием опиатов, а потом успокаивается до нормы. Наверное, оттого-то по затылку у него от ладони сестры Дженнигс бежали мурашки.
– Что вы здесь делаете? – первым делом спросил он.
Она ответила мягко, как ребенку:
– Я? Я здесь работаю, майор. В эвакогоспитале.
– Знаю. Но вы уезжали. С Майлсом…
Сестра Дженнингс рассмеялась. Что это всем так хочется сосватать ее с Майлсом?
– Извините, майор, на вас еще действуют седативные.
– Ужин. Вы просили меня составить вам компанию…
Ужин? Она нахмурилась, припоминая.
– Ах да, верно. А потом меня известили, что в Болонье мой брат. В госпитале, ожидал транспортировки. Сестра Спенс любезно позволила съездить к нему, но только при условии, что я не стану об этом болтать. По-моему, она боится, как бы ее не сочли слишком мягкой.
Брат… Да, сестра Спенс должна была хорошо понять сестру Дженнингс. Она ведь сама лишилась брата из-за «рецидива»? И конечно, она никому не призналась бы, что в ее стальной душе есть чувствительное местечко.
– А что же Майлс?
– Понятия не имею. Так вот почему миссис Грегсон меня о нем расспрашивала? Для вас?
Сестра откровенно обиделась.
– Я ее не просил. Миссис Грегсон – сама себе хозяйка.
– Это уж точно, – согласилась она и закусила губу, словно хотела добавить что-то еще.
– Но, простите, что же Каспар Майлс?..
Дженнингс пожала печами:
– Говорят, он вернулся к своим.
– Не вернулся.
– О… – Она задумалась. – Но всем известно, что он пропал, не отпросившись у майора Торранса. И тот очень им недоволен. Еще воды?
– Спасибо.
Сделав еще глоток, Ватсон откинулся на подушку и облизал губы.
– Вы вяжете, сестра Дженнингс?
– Вяжу ли? Да, хотя давно не вязала. Здесь на это нет времени. А что вам нужно?
Майор сменил тему:
– Давно я здесь?
– Вас привезли еще раньше, чем я вернулась. Почти три дня. Не увидели вы фельдмаршала Хейга! Впрочем, из наших его почти никто не видел. Все оказалось бурей в стакане воды. Однако эту бурю засняло множество кинокамер – для хроники.
– Три дня! – Ватсон откинул одеяло.
– Прекратите! Скажите спасибо, что живы остались, – вмешалась мисс Пиппери. – Джордж донесла вас на плече и заставила весь госпиталь побросать дела, чтобы заняться вами.
– Я должен ее поблагодарить, – сказал Ватсон.
– Ее здесь нет, – ответила Дженнингс. – Вернулась к своим обязанностям в Байоле.
Ватсон насупился. У миссис Грегсон были причины не желать возвращения в Байоль. Она вроде бы сожгла там за собой мосты.
– А капитан де Гриффон?
– Со своими людьми.
– Мне нужно… – Он чувствовал, что силы кончаются. – Мне нужно кое-что узнать. Там был человек. Он запер сарай… пустил газ… убитый…
