– Я – ваш новый капитан, – очень тихо, но отчетливо произнес Владимреску. – Теперь слушайте: тридцать человек с передатчиком, запасами еды и воды, оружием, фонарями и необходимым снаряжением сейчас спустятся в пещеры и не выйдут, пока не найдут беглецов и один ценный предмет. Остальные вместе со мной возвращаются на орбиту. Мы никуда не летим, ложимся в дрейф и ждем столько, сколько понадобится. Если кто-то хочет это оспорить, может попробовать спросить мое настоящее имя. Но это будет последнее, что он услышит.
Пираты зашевелились, недовольно заговорили все сразу. Один шагнул вперед:
– Да пошел ты! Кто ты такой?
– Ваш новый капитан, – тихо повторил Васис.
За спиной пирата зароптали громче.
– Я спрашиваю: кто ты? – прорычал пират, чувствуя поддержку. – И какого дьявола ты решил нами командовать?
Пират надвинулся, навис над Владимреску. Он был на голову выше экс-техномага, выглядел рядом с ним как Голиаф рядом с Давидом, и Давиду было самое время драпать без оглядки, но на лице Васика не дрогнул ни один мускул. Рука одержимого Призраком с неимоверной силой и скоростью метнулась вперед, проламывая грудину, сминая ребра. Пират, стоявший спиной к своим собратьям, покачнулся и рухнул на колени.
– Меня зовут Азуру, – тихо в самое ухо противника прошептал тот, что жил в теле Васиса Владимреску.
Бывший техномаг отпихнул пирата. Мертвое уже тело повалилось на землю, являя соратникам развороченную грудь. Ропот оборвался, словно кто-то, нажав кнопку, выключил звук. Космические разбойники в ужасе отпрянули.
Васис поднял руку на уровень лица. Окровавленные пальцы сжимали еще теплое, вырванное из груди смельчака сердце. Владимреску хищно ухмыльнулся и впился зубами в кровоточащую плоть. Безумные глаза заплясали диким необузданным пламенем.
Пираты в ужасе смотрели на казавшегося простым бродяжкой человека. Если это вообще был человек.
– Кто-то еще хочет спросить меня о чем-то? – поинтересовался в мертвой тишине Владимреску. – Нет? Тогда напоминаю приказ.
– Ну вот, заблудились, – подвел итог многочасовому плутанию Исаак. – Говорил я тебе, надо было повернуть на той развилке налево.
– На какой развилке? – спут устал настолько, что ограничился одним вопросом.
– На той, что мы прошли!
– Ты на всех развилках, что мы прошли, хотел налево.
– А ты на всех хотел направо, – парировал Исаак. – А теперь мы вообще непонятно где. Одна радость – от этих отделались. Вот только проку никакого.
– Почему?
Браун покачал головой:
– Антрацитище, включи свои синие мозги. Погляди по сторонам. Здесь ничего нет. Мы сдохнем от голода в этих пещерах.
Мысль о голодной смерти была неприятной и Исааку совершенно не нравилась, но почему-то именно она упорно лезла в голову. Не сказать, что это доводило Брауна до исступления или истерики, нет. За последние дни он столько раз готовился попрощаться с жизнью, что уже начал привыкать к этому ощущению, но приятного в нем было мало, а смеяться Исаак устал. Оставалось ворчать.
– Пройдем еще немного, – предложил Антрацит. – Я уверен, там есть выход.
– Нет там выхода, – отмахнулся Исаак. – Мы давно уже ходим по кругу, как лошади на карусели. А всё из-за твоего «забирать всё время вправо».
Он довольно удачно передразнил синекожего, и тот надулся. Обиженный спут выглядел настолько забавно, что Браун, забыв про злость и усталость, всё же рассмеялся.
– И ничего мы не по кругу, – пробурчал инопланетянин. – И ничего не из-за меня.
– По кругу, по кругу, – поддразнил Исаак. – Мы мимо этой отметки уже третий раз проходим.
– Какой отметки? – не понял спут.
Рыжий высокомерно фыркнул:
– Хорош всезнайка. Собиратель информации, а туда же: ерундового иероглифа на стене разглядеть не может.
Он включил поярче фонарь. Луч пронесся вверх по стене, вырвал из темноты странный рисунок.
– Вон, смотри.
Исаак задержал руку и повернулся к Антрациту. Рука тут же дрогнула. Синекожий выглядел так, словно ему показали не намалеванный на стене значок, а некормленого, выпущенного на свободу вестстонского крокодила. Глаза спута выкатились из орбит, челюсть съехала вниз. Из горла вырвался какой-то сипящий звук, не имеющий смысла ни на одном из существующих языков.
Исаак поспешно огляделся, но ничего странного, кроме дурацкого символа на стене, не обнаружил.
– Что? – спросил недовольно.
– Карта, – просипел спут.
– Какая карта? Где? – удивленно протянул Исаак.
Вместо ответа Антрацит бросился к приятелю и, сдернув с его плеча сумку, принялся ковыряться внутри. На пол пещеры полетели плазменные пистолеты, банки с консервами, веревка, бутылка «Гранд Паладоса». Последняя опасно звякнула о камни.
– Ты чего? – Исаак бросился к бутылке, схватил, как последнюю радость в жизни, и поспешно упрятал за пазуху.
– Карта, – повторил Антрацит, вытаскивая коммуникатор, подаренный паладосийским разбойником Дьяволом, и забормотал: – Если я прав, то это… это… это просто невероятно.
