Земля точка небо полностью

— Всем пока, — донесся ее шершавый голос, и спустя полминуты хлопнула тяжелая дверь. Девушки пришли благодарить. Они спросили, заварить ли ему чай, но Дима не ответил. А так и стоял, держа вялую руку у подбородка. «Что-то поменялось», — думал он. И не сейчас, а вообще. И не просто, а насовсем.

3 марта 2005 года

Клуб на Чистых назывался «Место, ранее не имевшее названия».

Кухня давно закрылась, кальянщик уехал, а расценки в баре Макса решительно не устраивали. Тем более, терминал не работал. Хотя диджей был неплох, и музыка тоже, но ровно в три все дружно засобирались куда-то, и зал опустел. Максим и сам ушел бы — если бы мог выдержать еще хоть ночь в этой засранной гостинице.

— Слушай, ты же сказал, у тебя можно заночевать, — крикнул он в ухо парню с телестудии, которого тоже, кажется, звали Макс.

— Можно! — ответил парень, хлопнув его по спине.

— Но уже почти утро!

— Да расслабься, тут как раз будет самое интересное. А ты не пьешь?

— Нет. Дорого, неохота.

— А, дорого, дорого… короче, тогда у меня тут есть один порошок, МДМ и ЛСД пополам с коксом, хочешь? Я всё равно не буду.

— Не нужно, спасибо! — Максим затряс головой. Он до сих пор немного опасался их, ребят с телестудии, боялся их странных наркотиков, летучего нрава и спонтанных развлечений. Все знали «Z&N» и знали Макса, и относились к нему даже с избытком уважения, а он всё равно чувствовал себя чужим. В клуб забрело несколько девчонок, они повертелись у стойки, осмотрели пустой танцпол, расселись на табуретах и дружно закурили, стрельнув у него и второго Макса по сигарете. Максим извинился и побрел к шаткой лестнице, ведущей наверх, к туалетам. Он устал практически в говно, что было странно. Когда-то Макс не просто мог вынести ночь в клубном грохоте — когда-то он так жил, не мечтая ни о чем еще. В огромной туалетной комнате по углам стояло два унитаза, а у стены между ними — часы с маятником. Под ногами оседал мохнатый ковер. «Ты стареешь», — заметил Максим, разглядывая себя в зеркальной стене напротив. И не почувствовал ничего. У двери туалета его перехватил Макс, парень с телестудии.

— Слушай, как насчет секса, не хочешь потрахаться? Максим открыл рот, не в силах подобрать ответ.

— Короче, тут эта девчонка, я сказал ей, кто ты, все дела, и она ясно дала понять, что хочет забрать нас обоих домой. Она живет где-то, блядь, ну, в Пушкино, или хрен ее знает, в какой-то деревне здесь рядом. Поддерживаешь тему?

— Нет. Спасибо, конечно…

— Почему?

— Ну, скажем, у меня кое-кто есть.

— И что? — парень сунул ему под нос руку с обручальным кольцом. — У меня тоже. Макс вяло качнул головой.

— Ну смотри, я-то по-любому еду.

— А я куда денусь? — спросил Максим. — Ты же сказал, у тебя можно переночевать.

— Ну боже мой, ну езжай с нами, у нее и заночуешь.

— Ладно, — деваться было некуда. — Только без секса.

— Как сам хочешь. Девочка ждала их у стойки. Длинноволосая, в серебристом платьице из блесток, простая и беззаботно пьяная. Она тут же взяла Макса под локоть обеими руками и щекотно зашептала ему в ухо:

— А мне про тебя всё рассказали! Я хочу быть в твоем шоу.

— Ты хоть знаешь, о чем оно?

— Плевать, — девушка широко махнула рукой. — Хоть о чем. Обещаешь?

— Ладно, — он сам не понял, что именно пообещал.

— Ну? Поехали? Такси прибыло! — объявил второй Максим.

— Кстати, его тоже зовут Макс, — сообщил он девочке, когда они втроем утрамбовались на заднее сиденье.

— Классно, — мяукнула девушка, полузакрыв глаза. — Ты Макс, и ты Макс. Я сижу между двумя Максами… это на удачу. Она зевнула, положила мягкую голову Максиму на плечо и сразу уснула.

— Куда едем? — спросил водитель.

— В этот, как его, — отозвался парень. — Эй, Макс, разбуди ее.

Как там называется этот ее Зажопинск? Близкая весна хлестала город мокрой тряпкой; пустые черные перекрестки неслись мимо, сверкая лужами и желтыми светофорами.

Девчонка спала, больно уперев голову в ключицу Максима. Пиджак уже пропитался горьким ароматом ее духов. «Ладно», — думал Макс, — «отвозим ее домой, там сразу говоришь им, что хочешь спать. Потом идешь спать». Никакого пьянства. Никаких порошков. Никакого секса.

— Эй, да, стой на секунду, — ожил впереди Максим номер два. — Вон там, у магазина, притормози? Огромный супермаркет был пуст, его яркие лампы, рассчитанные на тысячи покупателей, сияли как день, вызывая у Макса сонливость.

Девочка осталась в такси, в качестве залога. Второй Макс был полон сил. Он ракетой пронесся между рядами и явился на единственную ночную кассу с бутылкой шампанского в каждой руке.

— Карточку примете? Сонная кассирша молча указала ему на табличку: «ТЕРМИНАЛ НЕ РАБОТАЕТ».

— Ну вот, — второй Максим расстроился, но быстро нашелся. Он повернулся к Максу. — Слушай, буквально до завтра, займешь чуток? Я честно, ну вообще без налички.

— Я тоже, — Макс уныло вынул кошелек и протянул оставшиеся купюры. Он глянул на ленту и обмер.