Эти места представляют собою истинную Аркадию. Друзья и соседи отдают запасы провизии в общий котел и стряпают в очередь. Стряпня зачастую бывает малосъедобная, однако никто не должен ворчать на неудачных поваров под страхом назначения еще в одну очередь… Каждый с открытым сердцем относится к вновь прибывающим. Рассказывают о десятилетнем мальчике, который прибрел сюда в одиночку, совершенно оголодавшийся и без орудий, необходимых для самых примитивных работ. Старатели решили работать в пользу мальчика по часу в день и вскоре вручили ему золотого песку на покупку полного снаряжения, заявив, что теперь он может плескаться самостоятельно…
И местность вокруг удивительно соответствует подобным пасторальным отношениям. Трудно найти слова для описания красоты и всех достоинств долины Сакраменто. Вдоль реки тянутся роскошные дубравы увитые диким виноградом, перемежаемые смоковницами; за этой стеной деревьев по обе стороны реки виднеются вызолоченые солнцем макушки высоких рощ. Местность постепенно становится холмистой, низины по обе стороны поднимаются и теряются среди в кущах сосен и дубов, которые добираются до заснеженных вершин…
В Сан-Франциско я вернулся 2 августа и за считанные дни проведенные мною на приисках золотое поветрие еще более усугубилось, оно захватило уже и юг Калифорнии. Обезлюдели Санта-Барбара, Лос-Анхелес, Сан-Диего. В порту Сан-Франциско стояло на якорях уже до 30 судов, потерявших надежду найти экипаж. Капитаны предлагали 100 долларов в месяц тем, кто согласится наняться к ним, но желающих не находилось.
Каюсь! Воспользовавшись безвыходным положением капитана Винтерса из Нью-Йорка я купил у него для пополнения компанейского флота превосходный, построенный два года назад, корабль в 450 тонн. И вот теперь пишу тебе с борта шхуны Принцесса сидя на ящике с золотом.
Ты спрашиваешь что за шхуна такая и почему на золоте?
Так ведь Финкельштейн тоже не упустил случая и за смешные деньги купил отличную 100-тонную шхуну. Ему к тому времени многие из должников уплатили за лодки и расплачивался он золотом. А так как в качестве матросов я могу использовать лишь людей из партии поручика Дорошина, то пришлось мне оставить новоприобретенный Эксцельсиор под присмотром Финкельштейна и идти в Новороссийск на его Принцессе, имея груза всего 6 пудов 31 фунт и 76 с половиною золотников золотого песку и золотой и серебрянной монеты без малого на 20 000 пиастров.*(6)
Дядюшка! Как же воспаряется воображение в присутствие такого количества желтого металла! Как мечтается повернуть золотой поток в сторону Российского берега! Компанейские барки идут в Америку за ворванью и китовым усом по большей части лишь с балластом. Но если заполнить их трюмы различными товарами необходимыми на приисках и вообще в Калифорнии, которая будет богатеть и прирастать населением как и твой Красноярск, только много быстрее. Выгода в этом будет несомненная и для казны, и для компании, и для русской промышленности…
Для промышленности наших колоний, которые смогут продавать в Калифорнию провизию и пиленые доски, это золотое поветрие может стать золотым дном… В хлебной торговле конкуренцию нам может оказать лишь Чили, а в овощах, сахаре, роме и водке - никто."
Прогнозы Митькова, сделанные под влиянием допинга в виде золотого сиденья, оказались на удивление точными. Только в пункте касавшемся развития российской промышленности он ошибался. Выгоднее оказалось продолжать вывоз в Англию пшеницы, чтобы уже там закупать товары, приносившие в Калифорнии миллионные прибыли.
Зато появилась ещё одна статья доходов, не упомянутая адмиралом. Зов золота, прокатившись по Европе, стронул с места десятки тысяч людей. Хладнокровные англичане не очень сильно поддались золотой лихорадке, зато во Франции началось настоящее безумие. Выходили десятки путеводителей и брошюр, сотни газетных статей, представлявшие Калифорнию в самом идиллическом свете. Французы всех сословий рвались к золотым берегам.
В Германии дело обстояло ещё хуже и правительство опасалось, что массовый исход начнёт угрожать всем отраслям экономики. За казённый счёт была издана книга, в которой её автор, некий Йозеф Мюллер, для отвращения нездорового интереса немцев к Калифорнии, рассказывал о ней всякие ужасы.
