— Да, да, действительно, так! На стенах храма в Сидоне вырезаны имена ста двадцати властителей Египта помимо пяти первых династий фараонов. Со времени первого из них прошло триста сорок одно поколение людей, и столько же было верховных жрецов и правителей.
— Неужели всё правда?
— Перед тем как боги покинули Египет, они назначили вместо себя избранных людей, передав им вселенские знания. Это были первые жрецы, которые вели запись исторических событий и имён очередных правителей, фараонов и царей. Вот почему мы, жрецы, знаем все события, случившиеся при всех прежних фараонах, с одной целью — передать историю Египта следующим поколениям. Если твои деяния заслужат одобрения народа, жрецы добавят их в историю в Египте подобающим образом.
Зенобия поняла, на что намекал жрец — на привилегии, о чём предупреждал Лонгин. Ответила, одобрительно улыбнувшись:
— Я постараюсь не обмануть надежды египтян, но для этого хочу быть для них новой царицей Клеопатрой.
— Тебе нужно пройти обряд Посвящения, царица, — с готовностью ответил жрец.
— Ты поможешь пройти этот путь?
— Непременно, если будешь следовать моим указаниям. Тогда всё и свершится!
— Хорошо, жрец! Но сначала я хочу поклониться праху Клеопатры. Ты укажешь её могилу?
— Это тайна, в которую посвящены единицы из круга жрецов, и никакая сила не заставит их раскрыть место упокоения египетской царицы.
— Я не обладаю таким правом?
— Возможно, пройдя Посвящение, ты обретёшь его. А до этого времени не вижу такой возможности.
На лице царицы мелькнула тень недовольства отказом, а жрец продолжил:
— Как все фараоны, Клеопатра приступила к возведению собственной усыпальницы с первых лет восшествия на трон. Сама нашла место в горах близ Александрии, определила состав исполнителей, умевших хранить царские тайны. Увы, всесильное время, нашествия врагов, восстания и землетрясения дали печальный результат. На месте гробницы, возможно, давно появились другие сооружения. Кто знает!
Помолчав, жрец с уверенностью добавил:
— Но даже если ты узнаешь, где запрятана её гробница, нужно всё равно спросить разрешение у Ка самой Клеопатры.
Зенобия слушала с интересом.
— Невидимое Ка есть у каждого человека. У тебя оно тоже есть. Ка — твой двойник, пока ты жива, Ка следует за тобой неотступно, как тень. Когда человек умирает, Ка покидает тело и, тоскуя, блуждает в пространстве. Ка хочет вернуться в тело двойника и не находит. А чтобы Ка нашло, ему нужно его узнать, а узнать можно по изображению, например, по статуе человека. Вот почему в Египте правители при жизни воздвигают свои статуи, — чем огромнее они и чем более схожи с живым телом, тем лучше для Ка. Обнаружив сходство, бессмертная душа соединится с телом — и человек воскреснет.
Зенобия улыбнулась.
— В Египте так принято, — повторил жрец. — Если желаешь убедиться в правоте моих слов, покажу все триста сорок пять статуй, изображавших прежних правителей Египта, начиная с глубокой древности. Каждая из статуй говорит сама за себя, что она и есть
— Пиромис? Ты сказал "пиромис"?
— Да! У египтян это слово означает "доблестный человек". Цари Египта считали себя пиромис, ибо другие народы, прости, не заслуживали этого названия. Всегда сын пиромиса происходил от отца пиромиса.
— А почему Египет так называется? — спросила Зенобия, чтобы переменить тему.
— Так мою страну назвали греки, — с охотой объяснил жрец. — Впервые посетив города в долине Нила, они не смогли произнести имени творца мира Хику-Пта, или "Храм духа Пта". Он же бог мёртвых, правды и порядка Пта. А мы, египтяне, дали имя своей стране "Кемет", или "Чёрная земля", что является правдой. Потому что все поля крестьян находятся в долине Великого Нила, который ежегодно разливается и намывает глубокий слой черного плодородного ила. По этой причине египетский год, в котором три времени — разлив, посев и жатва, начинается с восходом Сириуса, когда Нил разливается, и продолжается двенадцать месяцев до следующего разлива.
— Я так понимаю, что пока существует Нил, Египет будет процветать? — спросила царица.
— Без Нила нет жизни нашему народу, царица. Но это не совсем так. Народ страшится двух вещей — избытка воды и её недостатка при разливах. Чтобы избежать голода и удовлетворить продовольственные нужды, уровень воды при разливе Нила должен составлять четырнадцать локтей. Когда уровень воды в реке понижается, растут цены на продовольствие, начинается голод. Когда воды затапливают посевы, такое явление становится причиной голода и повышения цен. Из года в год, в один и тот же день вода Нила начинает расти, постепенно выходит из берегов своих, наводняет поля, сожжённые летнею засухою, рождает из смерти жизнь; и в один и тот же день начинает спадать, постепенно входит в берега, до нового разлития в новом году. Эти подъёмы и падения так ровны и тихи, как дыхание спящего ребёнка. Вечность этой истины подтверждает Вечность Египта…
