Люциус Малфой вышел из пике и спирально взмыл вверх. В следующее мгновение он уже кружил высоко в небе.
Игра достигла невиданного уровня жесткости. Выбивалы обеих сторон вели себя безжалостно. Им, казалось, все равно, по чему они лупят клюшками — по кваффлам или по игрокам?
Рывком Малфой вырвался вперёд на такой огромной скорости, что в небе остался лишь размазанный след. Он петлял туда и сюда, а потом стремительно ринулся вниз.
Ловец Равенкло сидел у змееносца на хвосте, но Малфой лидировал.
— Они разобьются! — завизжала Алиса.
Даже Северус вскочил со скамьи, подавшись вперёд и судорожно вцепившись в перила так, что пальцы побелели.
Поттер улюлюкал за спиной. Ему вторили все трибуны.
Малфой в последний момент круто развернул метлу и вскинул руку вверх. В его кулаке быстро-быстро трепетали золотые крылья снитча.
Со стороны слизеринских трибун раздался торжествующий рев.
Соскочив с метлы на землю, Люциус снова вскинул руку вверх, словно римский гладиатор. Один — единственный бросок и счет не только выровнялся. Перевес теперь оказался на стороне серебристо-зелёных. И никакие значки, никакие транспаранты этого не изменят.
Почти со всех сторон неслись разочарованные вздохи и ахи.
— Опять! Опять! Ну надо же, какая неудача! — причитала Молли Пруэтт, яростно колотя кулачками по деревянным перилам.
— По-моему, игра велась честно.
— Честно? — фыркнул Поттер. — Слизерин? Честно?
— А что не так, Поттер? — вскинул синие глаза Блэк.
— А то, что выиграл Слизерин! — яростно пискнул Петтигрю. — Твой Слизерин, Блэк!
Лили, обернувшись на слизеринские трибуны, увидела, как блэковская блондиночка теперь висела на Малфое, а тот со снисходительной улыбкой терпел её восторги, открыто поглядывая на старшую сестру, красавицу Беллу.
На Беллу многие заглядывались. О ней ходили странные, будоражащие воображение, если не сказать, страшные слухи.
Правой рукой Люциус Малфой обнимал за худенькие плечики Снейпа; левой — за талию какую-то симпатичную девочку — пятикурстницу.
— Хватит таращиться, Эванс, — процедил Поттер. — Это, в конце концов, неприлично.
— Не твоё дело! Хочу и таращусь.
— Ну — ну. Давай — давай…
— Да иди ты! Надоел, Поттер! Что тебе не нравится? Малфой честно поймал снитч.
— Я бы мог сделать это не хуже него!
— Ты пока всего лишь маленькая надоедливая писклявая малявка. Все бы «мог», но ничего не можешь.
— Хочешь сказать, я трус, Эванс?!
— По крайней мере, опровержения этому мы пока не видели, — вставил Блэк свои пять кнаттов.
— Готов за свои слова ответить? Хочешь пари?
— Какое?
— Любой прирожденный гриффиндорец в десять раз храбрее и благороднее слизеринской гадюки!
— Это ты меня гадюкой назвал? — потемнел лицом Блэк.
— А ты видишь здесь ещё слизеринцев?
— Я здесь вообще слизеринцев не вижу.
— Так как насчет пари?
— Идёт, Поттер.
— Что вы задумали? — забеспокоилась Мэри.
— Айда на Астрономическую Башню! Кто с нами?
Петтигрю противно подпрыгивал.
Лили отодвинулась от него подальше. Ну до чего противный тип!
— Вы с ума сошли? — пискнула Алиса. — Как мы туда пройдём?
— Положитесь на меня, — подмигнул Поттер.
Дружной толпой первокурсники — гриффиндорцы направились к самой высокой точке в Хогвартсе.
Лили успела задохнуться, пока они поднялись на неё. Даже сердце закололо.
На площадку башни их высыпало человек пятнадцать.
— Ух ты! — восхитился Лавгуд, кстати, единственный хаффлпаффец среди них. — Красиво, правда?
Девочки с опаской и недоумением наблюдали, как Петтигрю запирает дверь на площадку.
— Что ты делаешь, Питер? — спросила Мэри.
— Оставь его. Я так распорядился, — пригладил Поттер непослушные вихры и вспрыгнул на парапет.
Ветер подхватил полы его мантии.
— Какого…? — начал было кто-то.
И замолчал.
Повисло напряженное молчание.
Фигурка Поттера, маленькая и отчаянная, балансировала без всякой страховки на краю бездны.
— Ну что, Блэк? — блеснул он зубами в лукавой усмешке. — Поиграем?
— Не надо… — жалобно пискнула Алиса.
Её уже никто не слушал.
Красавец Блэк словно птица взлетел на выступающий каменный зуб башни, раскинул руки в стороны, как канатоходец, и первым шагнул на следующий камень. Замерев, все с ужасом наблюдали, как он обходит парапет.
Лили показалось, что она забыла, как дышать.
Только когда Блэк спрыгнул вниз, добравшись до противоположной стены, она жадно хватанула ртом воздух и закашлялась.
— Доволен? — крикнул Блэк Поттеру.
— Нет.
— И что же, по-твоему, я должен ещё сделать?
— Ничего.
Достав из кармана черную ленту, Поттер сделал знак Петтигрю. Коротышка шагнул ему за спину.
— Джеймс, не дури, — предупредил Люпин, снимая перчатки.
— Поттер, хватит! — крикнула Мэри.
Не слушая никого, Лягушонок, вытянув вперёд руки, словно слепой, нащупал край парапета, взобрался на него и медленно, плавно встал во весь рост.
Ветер хлестнул его в спину, и мальчишка пошатнулся, но удержал равновесие.
Лили было так страшно, хоть кричи. Она боялась даже дышать. Одно неловкое, неосторожное движение, и уже ничего не исправить!
Поттер медленно шагал с зубца башни на зубец.
Ветер выл.
И не крикнуть. Не позвать. Не пошевелиться. Дыхание перехватывает. И снова только тоскливое завывание ветра.
