Я люблю Андре. Безумие какое-то! Твердила себе это раз за разом, пока металась по комнате, не в силах уснуть. Я. Люблю. Андре. Как? Как такое могло случиться? Почему? Он приворожил меня? Нет, конечно. Тогда что? Почему при одном взгляде на него хотелось прижаться — и навсегда остаться в его объятиях? Но то, что я влюбилась, — полбеды. А вот то, что призналась… Кто тянул меня за язык? Где это видано, чтобы приличные девушки сами признавались мужчинам в чувствах? Причем мужчинам, которые даже не смотрят в их сторону? Но я не могла молчать, когда увидела, в каком состоянии он вернулся. Хотелось уничтожить каждого, кто приложил к этому руку. И это от одной встречи с отцом? Что должно было произойти между ними? Я не спрашивала — и никогда не спрошу, но ответ был очевиден.
Незадолго до полуночи пришел Филипп. Я в окно наблюдала, как они разговаривают, затем идут в башню. А потом ждала, пока вернется Андре, провожавший брата. Хотелось выйти к нему навстречу, но побоялась. Он был не в том настроении, чтобы разговаривать. Однако когда в двери моей комнаты постучали, сердце пустилось вскачь.
— Входи, — откликнулась, поправляя платье.
— Не спишь? — Андре замер в дверях, и я вдруг поразилась произошедшей в нем перемене. Сколько же у него лиц? Сейчас в глазах — сплошной лед, будто перед ним преступница какая. А разве не так?
— Нет, не спится. — Я попыталась улыбнуться. Уверена, улыбка вышла жалкой. — Что-то Фил сегодня поздно. Хотел узнать, как прошла встреча в магистрате.
Я мяла в руках подол платья. Зачем-то же он пришел?
— Надин, ты прикасалась к печатям на вратах пустоты?
— Что?
Внутри будто что-то оборвалось, и стало страшно. Он знает! Знает? Но я ведь не трогала печати.
— Повторяю вопрос еще раз. — Андре шагнул ближе, и вокруг его фигуры взметнулась серая магия. — Ты прикасалась к печатям?
— Каким печатям? Не понимаю.
Магия волнами двинулась ко мне. Я едва сдержала крик, а пустота уже холодом скользила по ногам, забираясь все выше.
— Андре, что ты делаешь?
Он молчал. Так жутко, что я начала опасаться за его рассудок. А пустота уже добралась до груди. Я крепко зажмурилась, чтобы не видеть его лица. А затем ощущение холода пропало.
— Прости, я должен был проверить. — Андре мягко коснулся моей щеки, вытирая набежавшую слезинку. — Пока нас не было, кто-то входил в башню и пытался повредить печать, а моя защита не сработала.
— Не думал же ты, что это могу быть я!
Андре отвел взгляд. Очень даже думал. И напугал до полусмерти, еще бы немного — и призналась во всем.
— Ничего. — Почувствовала, как страх выпускает из своих острых коготков. — Все в порядке. Как ты себя чувствуешь?
Андре вскинул голову и взглянул на меня как-то странно. Теперь-то что?
— Уже лучше, — ответил спокойно. — Не обращай внимания.
Что значит — не обращай? Когда он врывается в башню как сумасшедший и едва не умирает? Как можно? Набралась смелости и сделала то, чего так хотелось: шагнула к нему и обняла крепко-крепко. Пару мгновений мужчина передо мной не шевелился, а затем обнял в ответ. Нежно и осторожно. Я замерла, наслаждаясь редкой минутой счастья. Прислушивалась к размеренному тихому дыханию. Надо поговорить с Денни. Объяснить, что если он действительно хочет уничтожить Пустоту, стоит объясниться с Андре, рассказать, что он собирается делать. И тогда, может, Андре будет на нашей стороне.
— Надин, я… хотел сказать тебе кое-что.
Я отстранилась. И что же? Зеленые глаза смотрели испытующе, ловя каждое мое движение.
— Слушаю тебя.
— Не надо меня жалеть.
Что? Он сегодня решил совсем сбить меня с толку?
— Я и не думала, — ответила искренне. Да, у меня болела за него душа, но это была не жалость, а желание защитить и уберечь от той боли, которая снедала Андре изнутри.
— Тогда зачем сказала, что любишь?
Вот теперь настала пора мучительно краснеть. Мне захотелось стать маленькой и незаметной, мышкой вышмыгнуть из комнаты и где-нибудь спрятаться.
— Может, потому что это правда? — предложила Андре свою версию.
Он удивленно уставился на меня.
— Прости, я не должна была об этом говорить, — попыталась оправдаться. — И я прекрасно понимаю, что ты не испытываешь ко мне ответных чувств, но… Ты был слишком расстроен, и сорвалось само собой. Прости. Я буду молчать.
— Я не о том. — В глазах Андре читалось чистейшее изумление.
— А о чем тогда?
Похоже, мне удалось его озадачить. Потому что магистр молчал, а я пыталась угадать, о чем он думает.
— Давай забудем, хорошо? — предложила наиболее удобный вариант. — Ты сделаешь вид, что ничего не слышал, а я — что ничего не говорила.
Андре сделал разделяющий нас шаг — и поцеловал. Так жарко, что я подалась вперед, обвила руками его шею. Стало так тепло, будто обнимала сам свет. И как его можно не любить? Ответила на поцелуй, старалась испить до капли то волшебство, которое вдруг само упало в руки. Никогда и ни с кем не чувствовала себя так! Когда от одного касания губ — мурашки по всему телу и невесомость, которая манила к себе. Мой Андре! Я желала большего, тянулась к нему — и не смогла бы остановиться, если бы мой любимый не отстранился сам.
