–Поглотили – не расстраивайся, что слова путаешь, после внешнего управления мозгом такое случается. Жаль, что окончательно восстановиться тебе времени не хватит. Но и так молодец – очнулась. И почти вовремя, я бы и сам тебя сейчас очухал. Посуди, какой смысл тогда было хворост таскать, толщину фильтровать. Я тебе ни какой-нибудь волшебник, ведь все собственными руками…
А Влас младший… хороший мальчик и родная кровь и ему не возбраняется следующую жизнь хорошо прожить, лично прослежу. Не о том беспокоишься.
Эмма слушала и пыталась отцепиться от столба. Она дергалась, извивалась.
«Влас» ее деятельность поощрял: «молодец, боец». Давай, давай, у тебя куча времени. И я все еще думаю – не надавать ли тебе вначале оплеух. Таким еще макаром душу отвести…
Куча времени исчислялась минутами. Несмотря на чистое пламя, без дыма, дышать быстро становилось нечем. Огонь красиво горел по широкому кругу и наверно активно выжигал продукты горения.
Вот уж никогда не подумаешь, что в сосновом бору так мало кислорода. Эмма дергалась, рвалась, но чувствовала, что задыхается.
Горячая пауза на жизнь и без того небольшая, заканчивалась и во всеуслышанье кричала об этом. Огонь вдруг загудел широко и бросился сразу к ногам.
«Обойдется без оплеух!» – не обрадовалась Эмма и закричала от боли. Благословенное забытье приходить не торопилось. Эмма поняла, что больше не борется. Все поглотила боль.
–Я молодая, такая молодая… Дальше жуть и болевой шок наконец отключили сознание.
Но и в беспамятстве Эмма кричала и кричала…
* * *
Эмма открыла глаза и уставилась в белый потолок. Чей-то крик заставили мозг заработать.
«Кого-то еще подкинули в мой костер, – первое, что подумала Эмма – но откуда белый свет… а, понятно.»
Опускать глаза ниже не хотелось, но ее руки ощутили влажность… поцелуев.
Эмма глубоко вздохнула, закашлялась, глянула вниз и ахнула.
Вместо ангелов, она увидела… Артема, Ритку, тетю Валю, Клавдию и еще небольшую толпу народа. Люди не вмещались в комнате… а, палате, стояли в дверях и выглядывали из коридора. Отдельной траурной колонной, с которой никто места «в облипку» не разделял, высилась… почему-то Наталья.
«Очнулась! Совсем Живая!» – кричал совершенно сумасшедший Артем.
«Конечно, живая, – недовольно произнесла Эмма непослушными губами – что это на тебя нашло?»
Нашло?!
Моя сестра Саламандра, не горит в огне… вон родители удивились бы!
Эмма приподнялась на локте и тут же упала обратно в подушки, застонав от боли: «Родителям ни-ни!»
«Ноги все-таки подпалило, – «порадовал» прямой Артем – но не волнуйся, тут не идиоты сидят. Ты… ты в порядке? все помнишь?»
– Да!
Эмма снова со стоном приподнялась, а палату опять наполнил восторженный вопль.
–Правда! Правда! Живая!
«Так, – заявила твердым голосом тетя Валя – девочке нужен отдых, все успеют выразить ей свою поддержку позже. А сейчас, пожалуйста, оставьте нас.»
Вошла медсестра, улыбнулась Эмме и вкатила ей… снотворное. Быстрое. Эмма закачалась на волнах покоя, слыша как от нее уходят приглушенные шаги. Спать, так спать…
На следующее утро Эмма услышала полный рассказ о самом ужасном дне своей жизни.
«Раньше, – думала Эмма – я мыслила пониженными категориями и самым плохим днем считала, когда мне объявили об отчислении на первом курсе. Заигралась, думала пронесет, как в школе. И едва не загубила юность. Отец вытащил.»
Эмма тогда сказала родителям, что все поняла и сама себе самыми страшными словами поклялась. И действительно убила семестр на завоевание подходящей для пятерок репутации и дальше училась на отлично.
«Надо бы нескольких «удовлетворительно» первого курса пересдать» – вяло подумала Эмма и вернулась к внимательному слушанию.
Она не то, что не хотела знать, конечно, хотела. Но она так же понимала, что рассказ этот в сути будет как версией.
«Представляешь, – тараторила Ритка и все замолчали, потому что остановить Риткин монолог еще никому не удавалось – разглаживаю я на ночнушке бантик из тесьмы, а он тоненький, в разные стороны выворачивается, неправильно закручивается».
Ритка, ближе к делу!
Ну я и говорю: «А я утюжу, делаю заломы, снова разутюживаю и думаю: – «А для кого это я стараюсь, кто мой бантик на груди увидит, прямой он или кривой?
Ритка, не отвлекайся!
«И тут… вдруг! ах! словно ответ получаю сообщение от Артема – мол, ему потребовалось время, чтобы понять… скоро уезжать… не хочет расставаться со мной. И даже думает, что родители и тем более сестра все поймут. Предлагает, представляешь! Ехать вместе, он уже подобрал варианты – где мне учиться. Сейчас же, прямо сейчас! Предлагает мне прийти и все обсудить. И в конце пишет: «Прости, мол, что так долго думал.»»
Я… я ждала, что у меня внутри что-нибудь прорвется. Первым делом, конечно, заревела…
Ритка!
Да, да, я и сама сразу вспомнила, что не дело невесте на первое настоящее свидание приходить зареванной. Голову поглубже в кадку и снова свежа как роза.
И тут я подумала, что надо бы прежде вдвоем обсудить, чем сразу Эмму огорошивать. И написала Артему, чтоб лучше приходил ко мне. В баньке или в саду поговорим.
Он сразу ответил, что скоро будет.
