— Она мне так тогда сказала, — Воробьев судорожно вздохнул, — «Пал Палыч, согласна на любую, самую грязную, самую тяжелую работу, лишь бы у Разгуляева в номере…» Она его во время гастролей видела, ни одного представления не пропускала. Ну, я глянул — девочка романтическая и практичная одновременно, из рабочей семьи, а значит, трудностей житейских не испугается, ну и… Оформили мы ее по договору. И ни разу не пришлось жалеть, поверьте.
Господи боже, это такое горе, такое горе. — Воробьев трагически засопел. — В нашем цирке — и такой ужас…
Такая девочка преданная, такое отважное сердце…
Ведь это не кто-нибудь, это хищники, молодой человек! С ними уметь надо работать. А она никогда ни от какой работы не отказывалась.
В пояснениях этих кое-что было, и Колосов начал спешно развивать это «что-то». Он был сейчас готов уцепиться за любой намек, потому что новое и совершенно неожиданное убийство сразу спутало все карты. Не то что приемлемых рабочих версий, даже предположений о причинах гибели двадцатичетырехлетней цирковой уборщицы у него не было.
— Значит, Петрова хотела работать именно у Разгуляева. Так. Пал Палыч, люди мы взрослые, преступление это серьезное, так что без обиняков: парень он, как я заметил, бравый… Что-нибудь между ними было?
— Сложно сказать. — Воробьев тревожно смотрел в сторону слоновника. — Валя у нас — звезда в своем роде… Могу заверить вас, он исключительно порядочный и добрый человек. Но с женщинами… Сущая ветренность и непостоянство. Он их как магнит притягивает. Поймите — профессия-то какая! Дрессировщик! Каждый день игра со смертью. Вы на него взгляните, — горячо зашептал он Колосову. — На нем живого места нет, весь порван. Зимой вот случай был — лев лапой задел, так ведь сорок швов на руку Валентину наложили! Хорошо еще, сухожилие не задето оказалось. С такой профессией некоторые злоупотреблять начинают — как иначе расслабишься, снимешь напряжение? Валентин в рот капли не берет.
Но с женщинами… Неистовый он до них. Как ни гастроли — так тьма поклонниц и новая юбка.
— Что у него было с Петровой?
— Ну что? Естественно, вскружил девчонке голову. Долго ли? Вот, значит, пошла она за ним, как декабристка… Очень преданная девочка, работящая, радость бы другому на всю жизнь такая подарила. А Валентин… Я не в курсе, что у них там точно было, но…
Живут.., жили они в разных гардеробных. А на людях она за ним как собачонка бегала. А он.., он неплохо, впрочем, к ней относился. Но поверьте, всерьез эту девочку не принимал.
Колосов внимательно слушал.
— Тут у нас другой случай был, — продолжал Воробьев. — Роман Дыховичный, это наш коверный клоун, видели его, наверное… Хороший парень, и артист хороший, только слабость имеет к спиртному злую… Питал он к Ирине, понимаете? Чувства питал, даже говорили мне наши — предложение как-то сделал, вроде в шутку, но что у пьяного на языке.., понимаете? Очень переживал парень из-за нее и Валентина. Ирочка к нему хорошо относилась, жалела его — холостяк же беспризорный. Ну, когда постирать что, заштопать. У него младший брат есть Игорь — пацан еще, ну и за ним приглядывала. Когда покормит, когда… — Воробьев вдруг вытер глаза ладонью. — Ох, как жалко девочку! За что же так ее? Кто?! Ведь и врагов-то никаких. Да у нас тут — мы же цирк, поймите, мы — одна семья. Никогда ни интриг никаких, ни зависти, и вдруг… Слушайте, а может, ваш эксперт ошибается? Может, это все же животное? Поймите, у Линды случаются необъяснимые припадки ярости, и тогда…
— Пал Палыч, дорогой, у нее проникающее черепное ранение. Рубленая рана на затылке. Убийство это. И произошло оно, по словам эксперта, здесь, у вас, примерно около двух часов ночи. Ее ударили тяжелым предметом по голове. И слон ваш, хоть он и порядочный злодей, тут ни при чем. — Колосов оглянулся на слоновник. — Так вот, в вашем хозяйстве шанцевый инвентарь имеется? Где он хранится? Нам нужно все осмотреть.
— Конечно.., на пожарном щите лопаты, потом в хозблоке… Нельзя же без инвентаря — клетки чистить, убирать…
На территории шапито начался импровизированный «досмотр». Колосов и следователь прокуратуры это особенно подчеркивали, чтобы не пугать труппу — не обыск, граждане, успокойтесь, обычный досмотр. Искали орудие преступления и… "Обращайте внимание на все, что вам покажется подозрительным, — инструктировал сотрудников розыска следователь. — Убийца не по воздуху летал. И хоть и дождь был сильный, следы где-нибудь да и могли остаться.
