Шарина кивнула. — Тогда я тоже лягу спать, — сказала она. И мысленно она прошептала: — О, Кэшел. Пожалуйста, вернись сегодня вечером. Но в глубине души она знала, что будет спать одна.
***
Дегтярное озеро представляло собой нагромождение обломков, из которых выползали монстры, и воздух был насыщен вонью битума. Гаррика затошнило бы, если бы он не был так зол на то, что его, как младенца, несли через этот хаос. Ему удалось вывернуть руку Коры так, что он, по крайней мере, оказался лицом вперед, но он не мог притворяться, что контролирует происходящее с ним. Рычание зверей, доносившееся с озера, было таким же громким, как вой зимней бури. Впереди на полоске твердой земли горели факелы, подергиваясь в возбуждении. Без сомнения, слуги Лорда Холма кричали, но обычный человеческий шум не был слышен в этой какофонии.
В конце дамбы лицом к ним стоял волосатый слон. Он был намного крупнее, чем другие, которых Гаррик видел мельком в этом месте, высотой около двенадцати футов до вершины его горбатых плеч. Он обхватил хоботом свои огромные клыки, и наклонил голову навстречу приближающемуся огру. По обе стороны от монстра поверхность блестела лужицами жидкой смолы; обойти его было невозможно.
— Отпусти меня! — крикнул Гаррик. Он неоднократно выдвигал это требование во время бега Коры к берегу, но теперь у огра не было выбора. Она резко остановилась и опустила Гаррика на землю, на удивление мягко, несмотря на необходимую поспешность. Шин вприпрыжку двигался по дамбе впереди них. Он сделал двойное сальто в воздухе, приземлился на копыта и взмыл ввысь, как камень, выпущенный из катапульты.
Хобот слона развернулся, чтобы ударить его — но слишком поздно. Эгипан приземлился на выпуклый лоб зверя, затем опустился на его плечи. Он ухмыльнулся Гаррику и Коре, указывая на асфальт. С указательных пальцев Шина посыпались голубые искры. Там, где каждая из них коснулся смолы, поверхность забурлила. Из обеих луж поднялись саблезубые кошки. Слон попятился, мотая головой то в одну, то в другую сторону. Кошки прыгнули одновременно, вцепившись когтями в мохнатую холку слона, в то время как их длинные клыки вонзились в его шею.
Смеясь, Шин спрыгнул. Слон зарычал и шагнул влево, извиваясь, пытаясь забодать кошку с этой стороны. Добыча и охотники с шумом шлепнулись на сверкающий асфальт; волна смолы хлынула на дамбу. Гаррик перепрыгнул через липкую черноту и достиг гравийного берега прежде, чем Кора успела снова заключить его в объятия.
— Сюда, чемпион! — позвал Шин. Крошечные рожки эгипана сияли, как бриллианты, сверкающие на солнце. — К лодке!
— Что ты наделал, черт бы тебя побрал? — закричал Лил. Слуга Холма стоял с высоко поднятым асфальтовым факелом в левой руке и обнаженным мечом в правой.
— Это ты вызвал демонов? — потребовал Шин, указывая на зверя.
Лохматое существо размером с быка проковыляло мимо Гаррика, и оттолкнуло Лила с дороги передней лапой. Когти у него были черные и длиннее человеческих пальцев, но это был не медведь, как сначала подумал Гаррик: узкая морда и длинный язык зверя были как у ленивца, питающегося листьями.
—Сюда! Гаррик последовал за прыгающим эгипаном. Волк с массивными челюстями бросился на них. Гаррик нанес удар с рефлекторным мастерством Каруса, почувствовав, как острое лезвие пробивает кости, твердые, как у льва. Волк подпрыгнул в воздух, приземлился на лапы и, спотыкаясь, побрел в темноту, свесив голову между передними лапами. Его глаза остекленели.
Они достигли южного края гравийной косы. В воздухе пахло солью, а не асфальтом, и луна высвечивала пятна пены на медленном прибое. Баржа с закругленными носом и кормой была привязана к концу деревянного причала. Шин взбежал по доскам намного раньше Гаррика и огра. Он запрыгнул на перила судна и взгромоздился, как петух на забор, выкрикивая что-то удивительно громким голосом. Гаррик не узнал этого языка.
Лорд Холм и охранник с топором на длинной рукояти добежали до причала. Холм выкрикнул приказ. Коренастый охранник поднял оружие. Кора схватила его сзади за шею и вывернула тело, как домохозяйка, режущая курицу на ужин. Лорд Холм пронзительно закричал и повернулся, взмахнув мечом с тонким лезвием. Огр ударила его мертвецом в грудь. Холм и охранник упали в воду и затонули. Ни один из них больше не вынырнул.
Шин продолжал звать с перил. Гаррик запрыгнул на баржу. Она стояла высоко на воде, так как открытый трюм был пуст. С каждой стороны было по четыре весла, которые были повернуты внутрь, пока судно стояло у причала. Вальки весел были достаточно длинными, чтобы ими могли работать по два-три гребца, стоя на мостках левого и правого борта.
Кора остановилась в конце причала лицом к берегу. Она наклонилась вперед и раскинула руки с выпущенными когтями. Спереди она, наверняка, выглядела устрашающей. Люди Холма бежали к барже. Огр издала пронзительный рев, заставив приближающуюся толпу остановиться.
