— Понимаете, я в бегах уже который день, и круглосуточное нахождение в состоянии приманки для собственной же охоты вынуждает меня не нагружаться любыми крупными предметами, которые ни в коем случае нельзя будет бросить и убежать. Вся информация скопирована на малые носители и находится, по сути, прямо на мне. Плюс паспорта и деньги. Так что мы с Джией можем в любой момент уйти с пустыми руками. А зубную щетку я уж как-нибудь смогу купить и на заправке.
— Вы все продумали, — заулыбался Лань и обратился к маленькому китайцу, выскочившему из «Хонды» навстречу идущим. — Это твои пассажиры, Ганг. Надо ехать неспеша, не выделяясь и не нарушая правил. Высадишь их рядом с вокзалом Сент-Панкрас и позвонишь мне.
Ганг молча кивнул и открыл перед девушкой заднюю дверь машины. А через минуту «Хонда» выехала из ворот и плавно покатилась по узкой дороге к большому шоссе, ведущему в Лондон. Ехать в одиночестве им предстояло еще около десяти километров, а дальше будет уже много машин и людей, среди которых легко затеряться. По обеим сторонам дороги, где с трудом разъезжались два автомобиля, тянулся лес, и красное солнце медленно сползало за верхушки деревьев там, где они смыкались на горизонте с небом.
Малин почувствовал прохладу и взял Джию за руку.
— Ты замерзла?
— Нет, мне страшно. Знаешь, сегодня я как-то еще держалась, а когда мы выезжали, меня вдруг накрыл такой страх, большой и медленно поднимающийся изнутри. Куда мы идем? Зачем мы туда идем? Что нас ждет в ближайшее время? Но… Но прости. Прости. Я сейчас приду в себя…
— Девочка моя, все будет хорошо… — промолвил Макс, и сразу же осекся, почувствовав, насколько глупо и фальшиво прозвучали слова. — Послушай, Джия, ты всегда можешь уйти, раствориться среди своих, в Лондоне. Охота идет только на меня, поэтому моя единственная возможность выжить — идти до конца. Иного пути я не вижу. Но, может быть, тебе действительно имеет смысл исчезнуть, а потом, когда все станет на свои места, мы встретимся и будем вместе?
— Дурак! Я люблю тебя, Макс Малин. Во сколько отходит наш поезд?
Когда до шоссе оставался последний километр, журналист обратил внимание на то, что Ганг постоянно посматривает в зеркало заднего вида.
— Что случилось?
— Этот «Ренджровер» едет за нами уже почти милю. Сбрасываю скорость, и он тоже сбрасывает. Странно. В машине двое.
— Бросьте, Ганг, — неуверенно возразил Макс и обернулся, — тут движение в один ряд, и ему просто некуда деться. Да и как могли нас засечь?
— Легко, господин Малин. Вы или кто-то из наших могли позвонить по сотовому телефону, а системы, которые отлавливают голос, работают здесь исправно. И не стоит забывать о том, кто мы такие, и у полиции есть свои интересы к нашим персонам. А английские копы такие же продажные, как и все остальные.
— Думаю, вы хотите нас испугать, — заулыбалась Джия, — а мы не боимся. Это, наверное, какой-то джентльмен едет из своего поместья…
Выстрел ударил в крышку багажника и срикошетил в заднее стекло, которое сразу же вывалилось, осыпав сидевших в машине градом осколков. Макс с силой пригнул голову Джии к коленям, выведя ее из-под траектории стрельбы.
— Гони, Ганг! К большой дороге! Там люди, камеры… Они не решатся!
Но водителя не надо было предупреждать, он вдавил педаль в пол, машина завыла и понеслась к главному шоссе, выбрасывая гравий из-под колес. Сзади застучали выстрелы. Оставалось проехать совсем немного. Вдруг «Хонда» резко дернулась в сторону, но выровнялась и, виляя, помчалась вперед.
— Черт, колесо пробили!
И когда до шоссе оставались последние пятьдесят метров, перед «Хондой» на узкую дорогу медленно выкатился еще один «Ренджровер», весь в бликах заходящего солнца. Окна машины открылись, и два силуэта, подняв пистолеты, открыли шквальный огонь.
Выстрелы слились в единый громогласный грохот, и Малину показалось, что все происходит в каком-то замедленном режиме — секунды растянулись в минуты, каждое движение дробилось на кадры. Вот он и Джия лежат на заднем сидении. Вот медленно рассыпалось лобовое стекло, и Ганг уткнулся лицом в руль, а из его головы полетели кровавые ошметки. Вот Макс открыл заднюю дверь и, схватив девушку за руку, выпал в придорожные кусты, потянув ее за собой. Вот они скатились вниз, к лесу. Малин в последнюю секунду успел увидеть, как «Хонда» оказалась зажатой между двумя машинами преследователей, не прекращавших стрельбу.
Отпустило его только тогда, когда они уже мчались через лес. Реальность времени вернулась от хлестких ударов веток по лицу и заставила обернуться — Джия бежала за ним, вцепившись в его руку. Последний взгляд назад. Он моментальным, как фотокадр, зрением увидел, как четверо выскочили из машин и кинулись по склону за ними. Вскоре беглецов со всех сторон окружал густой лес, а позади раздавались голоса преследователей и редкие выстрелы.
