— Он, как обычно, исчез. Последний раз его видели 8 сентября 2001 года — за несколько дней до теракта «девять-одиннадцать». И, как я потом выяснил через свои каналы в Штатах, ФБР и АНБ вроде бы даже разыскивали Серджио, но делали это как-то очень вяло — не торопясь и особо не углубляясь. Кстати, спецслужбы допрашивали людей из семей Гамбино и Дженовезе. Но у моих друзей сложилось впечатление, будто у американских спецслужб был один-единственный интерес — сообщить начальству, что Эспозито благополучно умер. Похоже, что Серджио-Морель крутил для очень больших людей из очень высокой власти какие-то странные делишки, связанные с гибелью «близнецов», и, видимо, подлежал уничтожению. Хотя бы официально, для отчетности.
В итоге Серджио Эспозито, он же Поль Морель, как сквозь землю провалился. Больше никаких сведений о нем у меня нет. Теперь следующий шаг за вами, Макс. И, надеюсь, мы уже можем приступить к ужину? Прошу вас…
— Спасибо, дон Доменико, — задумчиво протянул Малин, поставив недопитый стакан на стол. — Вы соединили то, что раньше для меня было несвязанным. Но предполагаемым. Поль Морель, он же теперь и Серджио Эспозито, и нью-йоркский теракт «девять-одиннадцать» наконец-то соединились. Это еще одна весьма значительная составляющая мозаики, которая постепенно складывается. Теперь надо найти главное действующее лицо… И остаться при этом в живых.
— За вас, молодой человек, — глухо произнес дон Доменико Радоре, поднимая бокал, в котором плескался золотистыми перекатами пятидесятилетний «Чивас».
Макс, вернувшись в отель, уселся в огромное кресло и, как обычно, нырнул в размышления. Разрозненные картинки постепенно складывались в единую панораму, где первое почти уже точно следовало за вторым, а к ним присоединялось и третье.
— Однозначно ясно, что Контролер, получивший еще одно имя — Серджио Эспозито, имеет самое прямое отношение к теракту «девять-одиннадцать» в 2001 году. И нет сомнения, что он там был не простым наблюдателем, случайно попавшим в кадр…
Плеснув в стакан минералки Малин поднялся и начал мерять шагами номер — связующее звено между несколькими самыми важными моментами было где-то рядом, он чувствовал это. Ну, еще чуть-чуть. Думай, Макс. Думай! Что еще? И вдруг… Есть! Поймал.
В документах из архива покойного Маршалла — того самого погибшего расследователя терактов 11 сентября, полученных журналистом в самом начале всей этой истории, имелась аудиозапись переговоров. Был разговор, записанный спецслужбами 11 сентября 2001 года в 6.50 утра, и эта запись по каким-то загадочным причинам не попала ни в один из официальных отчетов. Странно, правда же? В разговоре, происходившем за один час пятьдесят четыре минуты до того, как первый самолет врезался в башню ВТЦ, участвовали некий неопознанный чиновник под псевдонимом Джеймс и абонент, названный в расшифровке «Неизвестным».
Да, конечно! Этот «Неизвестный» и есть Контролер. Он же Сантана-Новак-Вайс-Ларионов-Морель, а теперь еще и Серджио Эспозито. Макс открыл ноутбук и снова включил запись. Сейчас он уже совсем по-другому воспринимал глубокий баритон с металлическими властными нотками, принадлежащий «неизвестному»— это был реальный, живой голос человека, поиск которого стал для Малина смыслом существования.
«
