Она была из страны, в которой убивали подлецов и вешали воров, из страны, где мерзавца, оскорбившего женщину, могли за это кастрировать...
Она была герцогессой, наконец, и была оскорблена до глубины души.
Антон не был идиотом.
Избалованным, наглым, мерзавцем - да! Но не идиотом.
Он неловко кашлянул, и ушел к себе.
- Два - ноль?
- Вчистую, - согласилась с подругой Малена.
Мария-Элена Домбрийская.
Ровена свою хозяйку на рассвете, в библиотеке.
Глаза у нее были сонные, но дово-ольные...
- Ваша светлость! Вы великолепны!
Мария-Элена об этом не знала, но Матильда ловко перехватила управление.
- Рассказывай?
- Разрешите?
Ровена подняла платье и белье, которые принесла с собой, потом показала на кувшинчик, на губку...
Малена закрыла на засов дверь и принялась быстро обтираться и переодеваться. Попав к Матильде, она привыкла к хорошему, и теперь не понимала, как можно надевать платье на грязное тело. Или не менять белье неделю...
Фу!
Эпический рассказ заставил Малену замереть на месте.
- Я знала, что он дебил. Но не думала, что настолько, - восхищенно протянула Матильда.
Мария-Элена мыслила более приземленно.
- И где теперь все... господа?
- Спят. Только под утро угомонились.
- Вот и отлично. Тогда я завтракать не буду, прикажи мне подать что-нибудь перекусить в библиотеку. Часов в десять.
- Да, ваша светлость.
И Малена отправилась по замку.
Что тут скажешь?
Акции девушки заметно выросли. Очень заметно.
Теперь ей кланялись с ненаигранным почтением, улыбались, заискивали...
Малена отлично этим воспользовалась, и так накрутила слуг, что к отъезду обещали все приготовить уже завтра. Что и требовалось.
Прибыл голубь от Ардонских.
Малена не стала разворачивать письмо, но что-то ей подсказывало, что там - согласие.
Управляющий тоже был сама любезность.
Господин Сельвиль не просто разложил перед Маленой листы, но еще показал куда смотреть, и что из чего вычитать. В итоге, получилось, что за время болезни герцога, сладкая парочка Рисойских-близнецов потянула с герцогства около двадцати тысяч золотом.
Аппетиты, однако...
- Куда им столько? Ведь здесь живут, ни балов, ни приемов...
Господин Сельвиль принял вопрос, как указание, и быстренько объяснил, что госпожа Лорена любит роскошь. К примеру, чулки с бриллиантовыми розетками на подвязках.
Дорогие подарки достаются капитану Сетону.
У Лорана свои привычки. Он любит драгоценности. И кальян любит, а там трава, которая не медяку стоит...
Мария-Элена этому значения не придала, а вот Матильда заинтересовалась. Призвали служанок, слуг, расспросили...
- Конопля. Точно, - припечатала Матильда. - Или травка... это нюхать надо, а у меня желания нет.
- И чем это гораздо?
- Загнется твой дядюшка. Через несколько лет, правда... говорят, от синтетики это быстрее происходит, от натуральный компонентов - медленнее. А до того вынесет из дома все, включая стены и мозг жены.
- Что?
Выражалась Матильда иногда очень образно.
- Что-что, все твой дядюшка продаст, себя продавать будет. Это такая пакость...
- Правда?
- Вам в монастыре не рассказывали?
- Н-нет...
- Я дома расскажу и покажу. Обещаю. Это смертельно вредно.
- Мотя, ты хочешь сказать...
- Сейчас Лоран еще не потерял человеческий облик. А потом... Малечка, мы с тобой потом это обдумаем.
Девушки согласованно кивнули, и занялись отчетом.
Малена попросила сделать ей до завтра копию, и принимать к распоряжению только ее письма. У герцогини есть ее вдовья доля, больше ей с герцогства ничего не выделять. Рисойского гнать в шею.
Часть наемников она заберет с собой, пока ее не будет, господин Сельвиль наймет еще человек двадцать-тридцать, и подыщет таких, чтобы кто-то из них смог стать капитаном стражи. Вместо Сетона.
- Вы его хотите выгнать?
- С этим есть проблемы?
- Ну... Он неплохой капитан. Неглупый, не вороватый, а что подарки берет и...
Господин Сельвиль откровенно смутился. Малена махнула рукой.
- Договаривайте. Моей мачехе жизнь скрашивает.
- Д-да... Он неплох. Стража дело знает, оружие вычищено, кони в порядке, все работает...
- Учту. И рубить сплеча не буду, - согласилась Малена. В общем-то, с Дораком она договориться могла. Уже смогла, по дороге в Донэр. Может, и правда не спешить?
- Посмотрим, - согласилась Матильда.
***
А вот что началось за обедом!
Общество было то же самое. Только вот Лоран был совершенно неэстетичного красного цвета, который не гармонировал с его светлыми волосами. Лорена смотрела, словно больная крыса.
А все остальные при взгляде на Рисойского начинали кашлять, чихать, прятать улыбки и искать столовые приборы. Под столом.
Малена, то есть Матильда, которой она уступила свое место, была сама невинность. Накладывала себе на тарелку тушеную фасоль, придирчиво выбирая из нее кусочки посимпатичнее и не замечала гневных взглядов.
Первой не выдержала Лорена.
- Мария-Элена, как твоя мать, я не потерплю разврата под этой крышей!
Матильда мило улыбнулась.
- Мне передать капитану Сетону, что он уволен?
Лорена поперхнулась.
- Что?!
