– Я знаю, где растёт любисток, о котором рассказала тебе горшечница. Если хочешь, я вечером принесу тебе его, – чуть слышно сказала старуха.
Милана согласно кивнула и взглянула на Мирдана, но тот был занят разговором с братом и сестрой. Старуха уловила мимолетный её взгляд, надвинула капюшон на глаза пониже и тихо продолжила:
– Когда перед праздничным ужином пойдёшь менять свадебный наряд, спустись украдкой к потайной калитке сада и открой её. Я буду ждать за калиткой. Ты придёшь?
– Да, но у меня нет денег, чтобы заплатить вам! – огорчилась Милана.
– Не волнуйся! За тебя щедро заплатят другие! – многозначительно ответила старуха и как бы невзначай задела рукой пышную юбку алого платья Миланы, незаметно воткнула в складку платья иголку и, надвинув капюшон на глаза ещё ниже, быстро затерялась в толпе.
Милана вернулась назад и мило улыбнулась Ликее, с тревогой наблюдавшей за тихой её беседой со старухой.
Наконец молодожёны приняли все поздравления и подарки. Даров набралось так много, что свидетелям пришлось отдать под них одну из своих карет. Свадебный кортеж в сопровождении шумной ватаги детей въехал в город. Под приветственные крики горожан кортеж проследовал по празднично украшенным, усыпанным лепестками и цветами улицам и вернулся во дворец, где к тому времени были накрыты свадебные столы.
Мирдан и Милана под звуки флейт вошли в парадный зал. Слуги внесли корзины с подарками и букеты цветов. В отдельной корзине лежал кувшин – подарок семьи Гонтаря. Под присмотром царицы слуги расставили подарки на отдельных столах на всеобщее обозрение, и гости в ожидании праздничного ужина стали с интересом разглядывать их…
Милана в сопровождении свидетельниц пошла переменить свадебный наряд. Оказавшись в комнате в окружении свиты из свидетельниц и служанок, она занервничала. Ей пора было спуститься в сад и встретиться со старухой, а она не могла придумать повод выйти из комнаты одной. И тут одна из служанок стала снимать с её шеи ожерелье. Милана резко повернулась, и ожерелье рассыпалось по полу. Служанка, думая, что причинила царевне боль, испуганно вскрикнула. Другие служанки растерялись. И тут Милана первый раз в жизни закричала на них:
– Что вы стоите?! Быстро собирайте жемчужины с пола!
Служанки кинулись выполнять её поручение.
Милана взглянула на свидетельниц и вежливо попросила:
– Девушки, помогите нерасторопным дурам собрать жемчужины с пола…
Свидетельницы не смели отказать ей в просьбе и стали вместе со служанками ползать по полу в поисках закатившихся драгоценных бусинок.
Милана незаметно для всех выскользнула из комнаты. В длинном дворцовом коридоре было пусто, и она бросилась в сад. Там с трудом отодвинула задвижку потайной калитки, распахнула её и увидела старуху – надвинутый на глаза капюшон по-прежнему скрывал её лицо.
– Бабушка, извините, что заставила вас ждать! Вы принесли любисток? – запыхавшись от быстрого бега, спросила Милана.
– Да, милая, принесла! Корзинка с травой стоит у куста неподалёку отсюда. Возьми столько травы, сколько тебе нужно, – усмехнулась старуха и посторонилась, освобождая царевне путь.
Милана доверчиво сделала в указанном направлении несколько шагов, как вдруг с земли вскочили скрывавшиеся в высокой траве четыре мужчины в полумасках. Злодеи заткнули царевне рот кляпом и вмиг скрутили её. На их свист из-за кустов выбежали пять коней. Похитители перекинули Милану через седло и привязали к стременам. Дивные, уложенные в прическу волосы Миланы растрепались и свесились вниз. Мужчины вскочили на коней. Один из них взял повод лошади с похищенной девушкой.
Старуха, злорадно улыбаясь, со стороны наблюдала за происходящим.
Главарь бандитов по имени Лукас бросил на землю к её ногам мешочек с золотыми монетами и крикнул:
– Держи, старуха, своё вознаграждение! Господин будет доволен тобой!
Старуха с ненавистью прошипела:
– Наконец пришло время, когда пусть не своими, а чужими руками я отомстила той, по чьему повелению погубили мою невинную дочь Мелли, а мне пришлось скитаться и просить подаяние! Теперь царица узнает, каким бывает материнское горе…
Старуха с трудом наклонилась, брезгливо подняла брошенную подачку, взвесила на руке содержимое мешочка, высыпала золотые монеты на землю и с ожесточением начала топтать их, приговаривая:
– Вот так, как эти блестящие монеты, ваше царское имя будет втоптано в грязь. Царевну продадут в рабство, а я позабочусь, чтобы слух о её продаже как можно скорее распространился повсюду.
Агая, а именно так звали старуху, швырнула пустой мешочек в сторону и поковыляла к лесу следом за скрывшимися всадниками. Путь их лежал к дому колдуна по имени Чукум.
