Неожиданно стало очень тихо, и Крактэн сумел без труда слушать тяжёлое дыхание стоящих рядом с ним людей, чувствовать, как учащённо бьются их сердца, явственно ощущать овладевший ими страх. Когда от звенящей тишины стало закладывать уши, на помост стремительно вбежала одетая в короткую тунику женщина. Бугры мышц на руках, животе, бёдрах говорили о годах упорной тренировки. Даже артог, прошедший три ступени телесного совершенства, не мог похвастаться таким идеальным бойцовским телом. Думая, что сейчас начнётся некое состязание в ловкости и умении местных воительниц, Крактэн приготовился к приятному зрелищу. Кончики пальцев перестало колоть, сердце успокоилось. Артог позволил себе улыбнуться.
Но улыбка на его расслабленном лице продержалась недолго — ровно до того момента, когда на помост неуверенной поступью взошла соперница атлетки-воительницы. Сердце, гулко бухнув, замерло, в затылке закололо-засвербило, а по пальцам пробежали горячие искры — в юной сопернице Крактэн сразу узнал девушку у фонтана…
Не понимая происходящего, артог придвинулся к самому помосту. Руки ходили ходуном, пальцы сжимались и разжимались, отыскивая горло несуществующей жертвы. Крактэн в растерянности оглянулся по сторонам: неужели собравшиеся не видят, что замершие па помосте друг против друга женщины далеко не соперницы! Разве это единоборство? Да у незнакомки с осиной талией нет ни единого шанса в поединке с крепкой телом воительницей!
Горожане смотрели на чужеземца ненавидящими глазами и не делали попыток остановить несправедливый поединок.
"Ну, нет! — зло подумал артог. — Ничего у вас не выйдет!"
Он решительно шагнул на каменные ступеньки, но споткнулся о шёпот:
— Пришло время расплачиваться…
— Пойди прочь! — рявкнул артог, отталкивая невидимого противника.
Последние звуки его речи не успели погаснуть в насыщенном крайним напряжением воздухе, когда со стороны помоста раздался жалобный вскрик.
Крактэн поднял глаза — на лице незнакомки появилась багровая отметина от тонкого хлыста.
— А-а-а! — зарычал артог, взлетая на помост.
Одним прыжком он преодолел три высокие ступени, и три раза тонкий хлыст прошёлся по телу девушки.
Крактэн замер на одной ноге, потому что противный шёпот буравил его уши ужасной фразой:
— Нежели ты так ничего и не понял! Всякий твой поступок против любого горожанина приведёт к наказанию того, кто тебе дороже и ближе всего в этом городе!..
Артог незаметно опустил вторую ногу и тотчас услышал новый сдавленный вскрик.
— С каждым ударом Эльвина — именно так зовут девушку, поразившую тебя своей красотой — будет испытывать всё более сильные страдания. И всякий раз причиной её боли будешь только ты!
Крактэн перестал дышать, надеясь хотя бы этим защитить невинную девушку.
А шёпот продолжал глумиться:
— Интересно, как долго ты сможешь простоять на одной ноге?..
— Целую вечность! — сквозь зубы процедил артог.
— Это слишком долго. Я не намерен ждать столько времени.
Шёпот захихикал, и Крактэн увидел, как хлыст загулял по беззащитному телу.
— Мразь! Что ты делаешь!..
— За тобой накопилось много долгов! Вот этот — за упавшего по твоей вине Эрга (Эльвина вскрикнула, пытаясь руками защититься от безжалостного хлыста), вот этот — за побои всё тому же Эргу (теперь Эльвина пыталась прикрыть обнажённые по локоть руки), а этот — за беспорядок, который ты учинил на улице горшечников (Эльвина спряталась за каменную тумбу, со страхом наблюдая за своей истязательницей).
Крактэн лихорадочно соображал, успеет ли он добежать до воительницы прежде, чем она окончательно обездвижит Эльвину. При любом раскладе выходило, что девушку защитить он не сможет. Мысли забурлили в голове кипящим источником из страны Дышащих Гор, подталкивая артога к единственно-правильному решению.
Бросив косой взгляд на едва различимые сполохи бледного тумана, сильно поредевшего в свете нарождающегося утра, Крактэн столь же стремительно окинул взором застывшее людское море. Последние события заставили горожан несколько изменить своё отношение к чужаку, но не настолько, чтобы помочь ему в самый напряжённый момент.
Артог с грустью понял: помощи ждать не стоит, а раз так…
Крактэн приготовился. Только единожды в своей жизни он проделывал подобное, а потому сильно волновался.
Неожиданно тишина вокруг приобрела зловещий оттенок.
Шёпот, молчавший всё это время, хрипло спросил:
— Что ты задумал?..
Артог не ответил. Сейчас ему было не до пустой болтовни с гнусным противником, бессовестно пользующимся своим очевидным преимуществом невидимости.
Крактэн сосредоточился, концентрируя всю силу тёмной ненависти в единственном ударе. Спина окаменела, руки налились тяжестью, в висках торопливо застучала закипающая кровь; зубы до хруста сжались, заперев в горле не родившийся боевой клич непобедимого клана артогов.
