Со времен Гиппократа насчитывали четыре типа человеческих характеров: сангвиник, меланхолик, флегматик, холерик. Борис Густов, как и я, личность деятельная, и тяготеет к сангвиническому типу характера. Но для меня более характерны отдельные меланхолические моменты, а у него наличествуют и флегматические и холерические, меланхолии в нём я не замечаю. Можешь поучить своего адъютанта и тому, чего он, интересуясь вопросами этики и проблемами людских характеров, пока не нашёл. Искать ему следовало не только в Америке. Не буду трогать французских сенсуалистов, пусть своими гипотезами пользуются сами. Изучавшие систему этногенеза русского ученого Льва Николаевича Гумилёва, кстати, сына поэта Николая Гумилёва, расстрелянного большевиками, и даровитейшей поэтессы Анны Ахматовой, исходя из введённых Львом Николаевичем в научный оборот понятий аттрактности и пассионарности, то есть способности человека увлекать других и притягивать к себе, и страстности, увлеченности — соответственно, построили графически в осях обобщённых параметров аттрактности и пассионарности расположение, в зависимости от наполненности этими двумя категориями и их соотношением в человеке, уже двенадцати социально-психологических типов характеров: от пророков, прорицателей, искусителей и творцов до бродяг и преступников.
Мой личный опыт общения с различными человеческими типами позволил, через двадцать лет после учеников Льва Гумилёва, расширить количество людских типов до пятидесяти, куда вошли и такие достаточно характерные личности, как духовидцы, эстеты, мечтатели, разрушители, сибариты, палачи, фанатики, садисты, деспоты, сомневающиеся, зеваки и даже стервы. А также: особи никчёмные, не от мира сего, такие индивидуумы, как скряги, и, наконец, шлюхи по нраву и сути, обоих полов. Мы учитываем и это, Джеймс.
Я даже думала, что взаимное расположение всех этих характеров правильнее было бы строить не на плоскостной диаграмме, а в трёх осях, объёмно, и третьим учитываемым параметром обязательно стало бы ещё и отношение этих характеров к кому-то или чему-то. Не удивлюсь, если кто-нибудь додумается расположить характеры в многомерной матрице, что было бы ещё вернее и интереснее. Может статься, после такого построения, что фундаментальных этических систем определённо больше, чем четыре. У всякого Хосмера свои узкие рамки. А у меня лично тоже рамки: не хватает времени, головы и свободных рук. Пусть последнее слово в этом вопросе будет за тобой, Джеймс, раз уж ты об этике и людских характерах так уверенно заговорил. Итак…
— Итак, мы договорились, — с настойчивым назиданием и чуть напыщенно резюмировал Миддлуотер, — что личность русского следует воссоздавать непременно на качественном этическом основании. Кстати, сейчас я летаю до Токио рейсовым самолетом и сюда на Хоккайдо еду скоростным поездом по тоннелю под проливом. Дольше, зато не устаю. Деньгам налогоплательщиков солидная экономия. Вот как отреагировали эксперты на твое нежелание спешить в отношении Густова. За что благодарю: высвободилось время почитать и подумать…
— Поменяй, смести акценты, Джеймс, — Акико не поддалась нажиму и не оставила последнего слова за Миддлуотером, — пойми: разница в действиях, в поступках людей начинается с того, чему их с детства учат! И учиться потом каждому человеку надо всё время, постоянно!
Не знаю, что читал и насколько рационально использовал Джеймс высвободившееся время. Но в мою жизнь, так или иначе, пришла пора серьёзно учиться. Учиться, начиная с самого начала. В чём-то почти с азбуки.
Хочу отметить, что и отец Николай своего добился. Прежде получения специального образования мне действительно создали религиозно-культурный подслой под него. Не мне судить о его истинной ценности. Я изучал Коран, но в это же время происходили занятия в русле православия с отцом Николаем. Ему я и адресовал первое противоречие, на которое мне указывали мусульмане, по их мнению, содержащееся в православной вере в Святую Троицу, которая, вроде бы, противоречит вере в Единого Бога. И подразумевался, сам собой, неизбежный вывод: кто не верит в Единого Бога — тот неверный, тот язычник.
Отец Николай продолжал эту мысль:
— А с язычниками, они считают, хотя и не все настаивают прямо, надо бороться. Всеми средствами. Я ведь тоже изучил Коран.
Поэтому, думается, прямой или подразумеваемый вывод их всё-таки торопливый, хоть и древний. Согласитесь, господин Борис, не все древние выводы выдерживают проверку временем — возраст ещё не гарантия и не критерий истинности. Возраст они используют в качестве инструмента для достижения другой цели. Возраст всего лишь создаёт у их оппонентов впечатление основательности, незыблемости устоев. От обнаруживаемого возраста явления у наблюдателя складывается иллюзия очевидности.
