— Пожалуй, оставим, — легко согласился Августов. — Что касается ваших мормонов, то принятое у них сильно напоминает порядки в средневековой Руси-Орде, например, то же многожёнство. Так и кажется, что они ни кто иные, как потомки американизировавшихся ордынцев, обосновавшихся в Америке. Какой у них главный город, вроде бы, Солт-Лейк-Сити? Да, всё изначальное даже в религиях искажено и забыто. Явление недалёкости людской в наше время, к сожалению, безгранично и вненационально. И без жёсткого мониторинга и битья вовремя по шаловливым рукам и диким головам вырастает порой до государственного уровня. Если западноевропейские рыцари в ранних Средних веках, увидев омовение перед намазом по пять раз в день, выучились у древних культурных арабов хотя бы мыть руки, то в наше время при халифате в Европе всё станет с точностью до наоборот. Думаю, понятно, что в центр мусульманской Турции никакой султан не пустил бы к Стамбулу оскверняющие одним своим видом, о микробах и вирусах тогда ещё не знали, толпы пилигримов-иноверцев, неверных, гяуров, к христианскому «Гробу Господню». Поэтому и потребовалось поместить задуманный европейцами Иерусалим (мусульмане это чужое слово в смысле центра духовности уже не употребляли) на самой окраине Османской империи, в дикой арабо-египетской пустыне, подальше и от султанской столицы, и от основной массы правоверных, а потом европейцы и назвали эту ранее безлюдную и безымянную местность Палестиной. Пусть только паломники заплатят за путешествие, их деньги тоже не пахнут. На туризме ещё только учились зарабатывать, большие барыши давала лишь война. Тогда состоятельных пилигримов было всё-таки не очень много, да и создаваемую в горах и пустыне Палестину как бизнес-проект только начинали раскручивать. И то сказать, отелей-гостиниц ещё не было, караван-сараи по землям Османской империи предназначались, уж скорее, для купцов-единоверцев, собратьев по исламу. А в новой нищей Палестине и такого скудного сервиса не было долго.
Светским государством Турцию прозорливо определил великий умница Кемаль Ататюрк в двадцатом веке после Первой Мировой войны. Этим актом он поставил преграду варварству и направил страну на цивилизованный путь развития. Туристической страной Турцию сделали западные немцы уже много после Второй Мировой войны, построившие в ней шоссе, очаговую инфраструктуру и достаточно комфортабельные по тому времени отели, хотя сегодня они в массе тянут лишь на «три звезды» и постепенно перестраиваются хозяевами и, опять-таки, инвесторами с Запада. Ну, какие-то участки морского побережья помогаю осваивать я, там и наши нефтяники ещё работают, газовики строят для себя отели. Сколько твой дед заработал на плане Маршалла для послевоенной Европы, Говард, а потом и ты на кредитовании крупных банков, включая регионы Средиземноморья, сам знаешь. Чувствуется, что на султана, принявшего решение о выделении места под перенос Палестины, крепко надавили, но использовали и религиозное разделение христианства и ислама, а перед этим создали и разожгли вражду между ними. Как у вас на демократическом Западе водится: создать кулак, а напротив другой кулак — и стравить их, чтоб сцепились. Пока они дерутся, успевай обшарить карманы у обоих. А после драки оба самопобитых партнёра тебе за твою «доброту» ещё и в вечном долгу окажутся — ничего личного, как вы говорите, только бизнес. Для вас, хитроумных, главное, чтобы дураки были с ресурсами. Или, то же самое, чтобы ценными природными ресурсами обладали дураки. Дураки без ресурсов интересны только сами себе.
