— Да сколько угодно, — сдержанно, но искренне посмеялся Миддлуотер, медлительно поворотился к русскому гостю и задержал на нём внимательный, остро вопрошающий взгляд. Августов ответно посмотрел в глаза дяде Говарду и, не поднимаясь, лёгким поклоном выразил свою благодарность. Женщинами с облегчением почувствовалось, что за ужином к главе семьи понемногу возвращается обыкновенно присущее ему благожелательное спокойствие. Миддлуотер левым углом рта улыбнулся Ивану незаметно для других, покивал слегка головой, отмечая искренность гостя и принимая благодарность. Вздохнул, повернулся к столу и неторопливо продолжил, обращаясь к супруге:
— Главной причиной крупных войн от обожаемой тобой античности и до сего дня является необходимость обеспечить собственную внешнюю торговлю рынком, желательно освобождённым от конкурентов, если этого не удаётся достичь мирными средствами. Торговля более жизненна, чем коммунистическая идея постоянной бесплатной раздачи, которые, раздача и сама идея, скоро окажутся исчерпанными. Умные воюют за свою внешнюю торговлю, а остальные за что угодно. Хоть за проигранный футбольный матч, как Гондурас и Сальвадор.
— В отношении Македонского я не уверена. Хотя бы ещё два-три примера, дорогой.
— Пожалуйста. Наполеон понял, что Англия, уже имея в ходе промышленной революции капиталистические производства, колонии и океанский флот, далеко опередила Францию. Тогда Бонапарт решил, что Франция будет монопольно продавать английские товары всей Европе, и стал этого добиваться, последовательно подчиняя себе европейские страны. Континентальная блокада Наполеона, направленная против Англии, это и есть торгово-экономическая причина его войн, сотрясших Европу, в том числе, и против России, без поддержки которой ресурсами он не смог бы победить более богатую Британию. Двести лет назад, да и позже, не все это поняли и не предвидели ни тогда, ни на будущее. Многие из властей предержащих не знают этого и сейчас.
Дальше. Стремление кайзеровской Германии торговать в Европе, а также в английских, французских, бельгийских, голландских колониях, которые следовало отобрать, — вот главная причина её участия в Первой Мировой войне против европейских соседей. Ещё перед Первой войной огромные германские дирижабли «Цеппелин» регулярными рейсами летали в Африку за колониальными товарами и везли туда свои скорее и безопаснее, чем по морю, а потом стали бомбить Лондон. Германия Первую войну проиграла. Со своей великолепной техникой, конечно, для того времени, но без достаточных ресурсов. Победители, страны Антанты, слишком увлеклись контрибуциями, обобрали её до нитки, и Германия, намучившись, наголодавшись, вся, от мала до велика, с невероятным энтузиазмом жаждала реванша в следующей войне. Что для неё, оскорблённой, значил Коммунистический Интернационал, на который уповал Сталин? Ничего. Чтобы в этом удостовериться, посмотрите документальный фильм «Триумф воли», снятый в тридцатые годы в Нюрнберге женщиной-режиссёром Лени Рифеншталь. Поголовный реваншистский шабаш! Так вот, Гитлер её пропагандистское искусство ценил высоко, за что после Второй Мировой войны эта зоркая, умная, талантливая, очень, к тому же, красивая женщина и претерпела. А ресурсов на следующую войну у технологически невероятно прогрессивной Германии снова не хватило. Гитлер самонадеянно решил воевать, а не торговать, и уже не мог остановиться. Третий Рейх закономерно потерпел поражение.
Диана выпрямилась на стуле и еле заметно покачивала головой, словно подсчитывала аргументы, приводимые Миддлуотером, либо, воспринимая, соглашалась с ними. Русский гость по-прежнему с наслаждением слушал, а ел, глядя на хозяйку, тоже неторопливо и мало.
— Надеюсь, к нашей стране торговые причины не имеют отношения, — медленнее обычного проговорила Нэнси, холодным взглядом светло-голубых глаз всматриваясь в добродушно размягчённое лицо мужа. Он как будто провоцировал её на словесные выпады, демонстрируя свою неготовность защищаться. Она предпочитала делать что-нибудь одно и сейчас, за разговором, размышляя и порой затягивая паузы, ела очень немного. Тем более, сейчас, когда она кожей почувствовала, что муж за что-то на ней безжалостно отыгрывается. И предполагала причиной тому Ивана. — Мы всегда отстаиваем интересы демократии, дорогой.
— Взглянем шире, дорогая. И вглубь. Война Севера и Юга…
— Северяне выступали за освобождение афроамериканцев от рабства на Юге, Хови.
Нэнси не отрывала всё более холодного взгляда от мужа, не меняя выражения лица.
